Детектив из Мойдодыра. Том 2

Я посидел с ним и даже, в качестве компенсации, съел одну расплывшуюся, перемороженную картофелину, которая годилась только для того, чтобы кидаться в зрителей из ВИП-ложи.

Сегодня он рассказывал про жену и очень хотел, чтобы я что-то понял, но я не понимал, хотя и кивал с умным видом, и, вообще, слушал невнимательно, ежеминутно поглядывая на часы.

Наконец, я встал.

– Мне пора, дядя Паша. Извини.

Он выпил не очень много и не сильно поехал, и, может быть, поэтому не обиделся, но, когда увидел, что я потянулся за курткой, сник.

– Совсем уходишь?

– Да нет, наверное… – Я замялся, но потом решил сказать правду. – Просто, понимаешь, придется с одной женщиной встретиться, а плащ твой… ну… маловат.

Насчет плаща я подумал еще тогда, когда смотрел с высоты шести с половиной этажей на удаляющуюся к трамвайной остановке Александру Петровну. И еще тогда я почувствовал, что небрит.

– Может, останешься? Мужики говорят, опять стреляли вчера в городе. – Он оторвался от косяка, потер о майку заскорузлые руки и посмотрел мне прямо в глаза.

 – Не в тебя?

– А чего в меня стрелять-то, дядя Паша? Я что – бронежилет?

Он опустил голову, недолго, но крепко подумал и сказал:

– Если вернешься – я пока пить не буду. Тебя подожду. Если совсем пошел – буду.

– Я вернусь, дядя Паша.

Я, действительно, рассчитывал, что вернусь.

Я не стал звонить от кинотеатра – слишком уж точно было обозначено время и слишком вероятно – место. Два других автомата, которые попались мне на глаза, находились на углу перекрестка и просматривались с четырех сторон.

И все-таки, минут через пятнадцать блужданий мне удалось найти аккуратную будочку, приткнувшуюся к поликлинике.

– Здесь посылают к Александру Петровичу? – спросил я.

– Ну, наконец-то! – сварливо отозвалась она. – А я уж думала тебя во Всероссийский розыск объявлять!

В чем дело? Неужели она успела побывать в институте, и там меня вчера никто не видел?

– А мне плевать, что ты на работе! – взорвалась Александра Петровна раздраженным криком.

 – Ты у моей подруги уже месяц, как деньги взял, а отдавать когда собираешься?

– Да я отдам, отдам… – забормотал я, лихорадочно соображая.

О ком она пытается мне сообщить? О Танечке? Или об Александре Алексеевне?

– Давай, давай, шевели мозгами, – подгоняла она меня. – Мне стыдно человеку в глаза смотреть. Я тебя к ней привела, познакомила, она тебя напоила, накормила, а ты взял пятьдесят рублей и пропал.