Кто-то торопится умереть

Но она горела, я точно помню! Эти свидетели из коммуналки врут! Почему ваш прокурор даже не попытался их раскрутить? И вообще, по сравнению с адвокатом, он выглядел школьником, невыучившим урок!

– Он слишком понадеялся на ваши показания. А еще он собирался поймать Савченко на несоответствии в показаниях, но судья ему не дал – вы же слышали. Ну, и соперник, действительно, сильный. Ловко он придумал с разбитой лампочкой. Вроде бы, мелочь, а полностью опровергает ваши свидетельства. И что вы предлагаете? Проверить ЖЭК, была жалоба про лампочку или нет? Бесполезное занятие, Стрельцов.

– А вы-то чего радуетесь, Иголкин? – Я с подозрением уставился на собеседника. – Надеетесь выбить из адвоката признание, что он сам лампочку разбил?

– Да черт с ней, с лампочкой! Тут дело посерьезней, Стрельцов. Помните, я говорил вам, что Баранова снова по телевидению покажут?

– Неужели кто-то опознал? Еще одна попытка помочь подняться с пола?

Иголкин перестал улыбаться, зажмурился и энергично потер ладонями лоб.

– Уже не попытка. Девчонка пропала. Тоже несовершеннолетняя. Почти два месяца ни слуху, ни духу.

– Это он? Баранов?

– Баранов или не Баранов – за руку не поймали. Но причастен. По сегодняшнему делу судья свой гонорар уже отработал. А вновь открывшиеся обстоятельства – это ведь убийством пахнет. Вот увидите, после перерыва отношение судьи к делу изменится. Не станет он больше под адвоката подстраиваться – побоится. – Следователь невесело усмехнулся. – В общем, суд решит, Стрельцов

После перерыва заметно воодушевившийся представитель районной прокуратуры пошел в наступление.

Он попросил отложить прения сторон в связи с вновь открывшимися обстоятельствами и вернуться к опросу свидетелей. Вероятно, и судью, и защиту уже предупредили, поэтому Старопольный заявил довольно вялый протест, не встретивший у судьи сочувствия.

К судейскому столу вышел новый свидетель.

Все линии, составляющие черты лица этого немолодого, очень просто одетого мужчины, были изломаны и опущены.

Морщины на лбу, уголки глаз, носогубные складки и губы словно стекали вниз, превращая лицо в смятую трагическую маску.

Зал замер и затаил дыхание. Старопольный, не отрывая глаз от свидетеля, склонился к Баранову, что-то спросил и, не дождавшись ответа, перевел взгляд на подзащитного. Наверное, Баранов не понял вопроса. Побледнев и закусив губу, он во все глаза смотрел на свидетеля.

Свидетель отвечал на вопросы прокурора.