Станционный смотритель. Долг платежом красен

– Заканчивайте, – решил я воспользоваться служебным положением и прекратить издевательство в приказном порядке. – Мойтесь и на завтрак.

Надо бы и самому зарядкой заняться. Не в смысле моих каждодневных тренировок ментальной магии, во время которых я накачивал позитивом всю округу. Увы, пока от подобных упражнений придется отказаться. Здесь не дикая глухомань, где случайными свидетелями моих занятий могут стать только единороги да древесные жабы. Сейчас вокруг обитает множество людей, причем с не самыми простыми характерами.

Я имел в виду именно физическую нагрузку. Ну, типа, ать-два, ать-два. Сели, встали. Закончили упражнение. Но как-то лень.

Ох, Домовой, Домовой, которого совершенно ошибочно называют Демоном, доведет тебя лень до цугундера. Ведь уже били два раза, причем ногами, да и Баламут вечно сверлит мозг, что нужно уметь защищать себя, но парочка занятий с этим садистом мигом изгоняет из головы те остатки инстинкта самосохранения, что зацепились где-то на задворках.

Вот не понимаю я Валенка.

Как он терпит эти форменные издевательства? То, что я видел минуту назад, вообще на грани черной жести. С другой стороны, уже только за это стоит уважать парня и отнестись к нему серьезно.

А может, он мазохист? Да ну на фиг! Что за мысли лезут мне в голову спозаранку?

Отмахнувшись от странных идей, я быстро привел себя в порядок и спустился на первый этаж.

Кто бы сомневался, что дядюшка Чхан к появлению начальства на кухне будет готов целиком и полностью.

В этом доме явно привыкли питаться не как у нас на станции – прямо на кухне, а в столовой за большим столом, во главе которого имелось кресло с претензией на трон.

Да уж, немалым самомнением обладал прежний владелец поместья.

Завтрак был накрыт загодя, так что все тут же приступили к поглощению пищи. Именно для того, чтобы не задерживать людей поутру, я и научился вставать так рано. За столом царила привычная атмосфера. Сегодня все обсуждали вчерашний сабантуй.

Я уже давно отказался от привычки носить ментальный артефакт в кругу своих, и это их явно успокаивало.

Впрочем, мне и без «подпорок» удавалось неплохо читать чужие эмоции по лицам и интонациям. Правда, сейчас не мешало бы копнуть и поглубже, но лучше просто спрошу:

– Так, господа хорошие. Не объясните ли мне еще раз и более внятно, почему вы торчите здесь, а не воссоединились с горячо любимыми родственниками?

Народ немного смутился, да так, что батоно Леван, решивший взять слово, поднял руку.