Видок. Чужая месть

В моем видении предрассветное освещение было слабовато, так что гогглы дополнили затемненные места деталями, сотканными из серых полутонов.

Именно такой тенью выглядели двери, которые бесшумно открылись, не потревожив задумчивого цинского чиновника.

Вот зараза!

Вместо ожидаемой фигуры убийцы в комнату вплыло размытое облако. Неприятный нюанс, но с такой штукой я сталкивался не первый раз.

Перед тем как использовать эффект удильщика, попытаемся заглянуть в душу убийцы. У него оказался неплохой самоконтроль – эмоции еле угадывались.

Ладно. Ловись, рыбка, большая и маленькая.

Сконцентрировавшись, я представил, будто набрасываю на нечто в центре размытого облака крючок с леской. В этот же момент из облака вылетела крохотная стрелка, и я боковым зрением увидел, как китаец в распашонке повалился на пол. Его эмоции поблекли, а затем вовсе исчезли вместе с жизнью.

Ну, хоть этот ушел без мучений. В моем деле такое происходит довольно редко. Обычно в лучшем случае гибель людей сопровождалась злостью или сильным гневом, а в худшем – страшными муками и животным страхом.

Так было с жертвами профессора Нартова. Воспоминания кольнули душу и едва не сбили концентрацию, но мне все же удалось зацепить убийцу. Ментальная нить натянулась. По своей привычке я привстал на одно колено, как будто удерживая в руках спиннинг, – это уже стало рефлексом.

Есть контакт. Нить натянулась сильнее, связывая меня не только с образом, который убийство запечатлело на ткани мироздания, но и с реальной аурой убийцы.

Если он далеко, через секунду нить лопнет. Но она не лопнула. Мало того, напряжение было не таким уж сильным.

Так он что, в доме?! Интересно девки пляшут. А ведь здесь не только все начальство Западной Сибири, но и дочь императора! Ох, что-то мне нехорошо.

Сорвавшись с места, я выскочил через дверь и шалыми глазами осмотрел присутствующих.

Все, кто был облечен властью, уставились на меня как институтка на мышь. Троица в штатском и китаец в ушастом чепчике мгновенно напряглись.

Троица тут же заняла позицию вокруг княжны. Похоже, с этих толку не будет, а вот китаец что-то чирикнул, глядя мне в глаза, и резко кивнул. Похоже, он просчитал ситуацию мгновенно. Матерый волчара. Или все-таки кошак? Гримаса исказила лицо китайца, и в нем проступило что-то кошачье. Неужели ракшас? Впрочем, сейчас это не так уж важно.

– В чем дело, господин видок? – первым не выдержал почему-то именно полицмейстер.