Грёзы

Тот стоял у летного корпуса в окружении своих будущих сослуживцев и что-то им оживленно рассказывал, привлекая к себе внимание. Полл ринулся бегом к нему.

– Фред! Фредди! – восторженно кричал Полл.

Он обернулся, махнул рукой, и отвернулся, продолжая что-то обсуждать со своими однокурсниками. Такой жест немного смутил Полла, улыбка от лица отступила, и он подошел к нему, выведя того за руку из толпы.

– Ну как жизнь? Давай рассказывай.

– Да все в порядке. Рад, что ты тоже поступил. Даже не верится, что прошли через это, да? – Он отвел взгляд в сторону.

– Ты сам на себя прям не похож. Как будто и не узнаешь вовсе. Всего пару месяцев не виделись.

– О чем ты? Надумал себе что-то. – Он прикурил сигарету.

– Как там Коул? Его тоже к вам в летчики зачислили?

Фред затянулся и испустил густой дым. В воздухе повисла напряженная пауза.

– Сломался Коул. Домой проситься начал. Ночами рыдал на всю палатку. Кричал, что он так не может больше.

– Не может быть. Я помню, что ему было тяжело, но все же… Ну, а ты чего? Успокоил бы его, поддержал в эти трудные моменты.

 – Полл закурил сигарету.

Я не могу поверить тому, что Коул не выдержал испытаний. Он никогда не блистал физическими способностями, но первый месяц ведь хорошо держался. Фред что-то не договаривает.

– Ты просто пойми, что есть два типа людей. Есть такие как он, а есть такие, как мы. Это отбор такой. Сломался, значит, слабак, вот и езжай в ту дыру, из которой выполз. Понимаешь… – Фред затянул паузу. – Били потом его из-за нытья этого, вот он и орал ночами.

И с каждым днем становилось только хуже. Его даже ямы туалетные заставляли выгребать руками. Так, я это все к чему, есть волки, а есть овцы. Каждый выбирает шкуру по душе. Теперь понимаешь меня?

– Ты чего несешь!? Мы же с детства вместе. Ты даже не вступился за него?! – Руки Аполло начинали сжиматься от злости.

– Слушай, Полл. Мне все равно, что ты думаешь обо мне. Ты там не был и не знаешь, как все было. Сержант приказал мне не вмешиваться, иначе и я мог отправиться за ним следом.

А так я при старших ходил, всегда ел досыта, вдоволь пил и не только воду. – Он выдавил противную улыбку. – Наша жизнь теперь изменится. Каждому, как говорится, свое. Я буду летать, а ты будешь с гайками ковыряться. Ты пойми, что и мы теперь рознь друг другу. – Он кинул наземь остатки сигареты и затоптал ее, а с ней и их дружбу.

– Шестерка ты! Друга на этих уродов променял. – Полл кинул в него сигарету.