Когда ночь была девочкой

Этих «хитрозадых», если на чистую воду не вывести, они наших совсем «загнобят!»

– Ну, это лирика! Ты подарок на завтра приготовил, зарядил? – спросил Данила.

– Вон! – махнул Юра головой. – Тележка и мешок.

Данила приподнял плотный сверток, хорошо укрепленный на двухколесной тележке электрическим кабелем.

– Увесистый! Однако! Что там?

– Да обычный кафель, молотком разбил. Тоже керамика, только без платины и палладия, – улыбнулся Юра, отходя от переживаний. – Для надежности Верка в два мешка зашила, чтобы не сразу можно было открыть.

– Это правильно. Пойдет! Расслабься! … Поквитаемся за твою маманьку. Недолго ждать.

– Ты ничего не забыл? Я начинаю, по сигналу, когда ты весы поднимаешь?

– Сколько можно?! Говорили уже!! – возмутился Данила. – Заметано!

– Да я так! – смутился он.

Днем Юра поехал приобрести, необходимый для дела, велосипед и еще по каким-то делам. Спустя, буквально десять секунд, Лида, мягко ступая, прошла к двери, накинула кованый крючок и проводила брата взглядом по улице, до соседнего дома.

Глаза у нее горели. Торопливо глянув в зеркало и поправив волосы, она вернулась на кухню и присела к столу. Данила наблюдал за ней все это время и улыбался

– Что смотришь? – показала она язык и тоже улыбнулась.

– А что нельзя! – сделав простодушное лицо, промолвил он. – Ты чего удумала?

– Будешь? – предложила она Даниле, – доставая из-под стола банку с вином.

– Ну, если только чуть-чуть. Ты же знаешь мои проблемы!

– Как скажете!

Она, налила ему половинку, а себе почти до краев в бокал; нарезала на дольки большое яблоко, отделила кисточку винограда и стала пить мелкими глотками, без тостов, чуть жмуря глаза.

– Ты тоже! Пожалуйста! – пододвинула она ему бокал. – Смелее.

– За тебя! – улыбнулся Данила.

– Не королевна! – поскромничала она. – И все сама!

– Чепуха! Много ты понимаешь! Ты огонь! Мне с тобой хорошо!

Лида сидела спиной к окну, тень стола скрывала небрежно распахнутый разрез легкого платья.

Он смотрел на ее ноги, открытые без колготок и очень белые, смотрел на высокий подъем ступней, узкие лодыжки. Лида заметила его взгляд. Легкая блуждающая улыбка коснулась ее губ, но она не сменила позы. В тени начала ног белели белые плавки.

– Алле! Я здесь! – постаралась Лида привлечь внимание к своему лицу. – Почему не пьешь?

– Сейчас! – вздохнул Данила, не отводя взгляд от ее ног и почувствовал томление внизу живота.