Прозрачный

Маш, давай лучше вместе заниматься, ты же будешь держать спину с первых упражнений, я знаю. Я уверена.

Сначала Маша улыбнулась, потом нахмурилась. Хотела что-то сказать и на протяжном «м-м-м» вышла из комнаты. Я поняла, что Маша задумала какое-то безотлагательное дело, что слова мои ее обрадовали, но ей нужно что-то обдумать и что-то сделать. Через какое-то время Маша вернулась с несколькими книгами по йоге и цигуну.

– Вот. Д-давай изучать вместе, – Маша улыбалась, как счастливый пионер в предвкушении подвига.

Я улыбнулась в ответ.

Маше просто хотелось дружбы, просто хотелось делать что-то вместе и обсуждать это.

– Да, конечно. Давай читать, а потом делать упражнения. Давай я только закончу изучать эту книгу. Может, ты тоже будешь иногда ее брать у меня и читать.

– Хорошо, с уд-д-довольствием!

Я открыла прекрасное таинство дружбы. Раньше самым близким моим человеком была только Нина Ивановна, никто из детей не пытался предложить мне именно дружбу. Просили о помощи, прибегали, благодарили, но не пытались дать совет или захотеть приблизиться, окунуться в мою душу.

Держались на расстоянии. Меня окружало много людей с дефицитом дружбы, любви, внимания. Им приходилось несладко в детдоме без подлинной заботы родителей. Но сейчас именно в Маше я почувствовала человека, с которым у меня много общего. Человека-сверстника, который не отдаляется от тебя, а, наоборот, готов поддержать, согреть своим теплом и вниманием, который хочет дружить. Я начинала лучше себя чувствовать, странные ощущения почти отступили.

Я стала подумывать о том, чтобы устроиться на работу в детскую больницу рядом с колледжем. Мне хотелось узнать больше о работе в больнице. Быть ближе к людям, которые нуждаются в помощи, понять, какое направление во врачебной практике мне выбрать. Пока я могла работать на должности санитарки, мыть полы, приносить, уносить вещи, быть на подхвате у дежурных сестер. На эту работу брали несовершеннолетних, часто студенты из общежития подрабатывали таким образом.

Я успешно договорилась о начале работы, устроилась в отделении кардиологии, заполнила все необходимые бумаги.

Растопила сердца даже самых неприветливых сотрудниц, принимающих меня на работу. Но спустя неделю мне не удавалось регулярно делать упражнения из книжек. Маша очень обижалась на меня. Ей не нравилось, что я вместо того, чтобы больше медитировать и заниматься духовной практикой, провожу свободное от учебы время в больнице. Ведь у меня никуда не делись поездки в детдом.