Мятежница

Но я не стала в них падать – вот еще!

Из двери каюты 518Д выскочили те самые озорные близнецы, которых не так давно разыскивала их бабушка.

– Куда это вы? – раздался ее голос. – Немедленно вернитесь, я никуда вас не отпускала!

Но куда-либо бежать близнецы уже передумали. Уставились на меня, открыв рты.

– Бабушка, это к нам! – заявил один из братьев.

– Наша попутчица, которую ты ждала! – исковеркав слово «попутчица», произнес второй.

– Красивая, – добавил первый.

– Очень, – похвалил меня второй, и я, под восхищенными взглядами мальчишек, поблагодарив стюарда, гордо проследовала в каюту.

Близнецы отправились за мной, а я подумала…

Ну что же, плаванье обещало быть нескучным!

***

Ту самую бабушку – выглядевшую немного уставшей и издерганной, но при этом решительной, – звали Маргрет Фортис. Она и внуки были родом из Канберга и следовали, как и я, в Джосейру, где проживала их дальняя родня.

Решили навсегда покинуть родной город, потому что оставаться в Канберге у Маргрет не было больше сил – мы c ней быстро нашли общий язык, договорившись звать друг дружку по именам, и она тут же рассказала свою историю.

Оказалось, год назад мальчики потеряли родителей, оставшись полностью на ее попечении. Поэтому, не выдержав тяжелых воспоминаний, Маргрет продала оставшийся после смерти мужа маленький домик, сняла отложенные деньги, решив начать новую жизнь в новом месте.

Причем не только в новом городе и стране, но даже на другом материке.

– Придумала, что нам стоит уплыть подальше из Канберга.

К этому времени я уже успела скинуть шерстяной плащ, разложив в закутке за раздвижной ширмой свои нехитрые пожитки. Маргрет и мальчишки терпеливо дожидались, когда я закончу, чтобы продолжить наше знакомство. Заодно предложили мне печенье, и я, немного подумав, не стала отказываться от угощения.

Есть хотелось до невозможности, потому что последний раз я завтракала вчера утром, еще в пансионате.

Поблагодарив, я вымыла руки, после чего положила в рот кусочек песочного теста. Едва не застонала от удовольствия – оно буквально таяло у меня во рту.

Тем временем моя попутчица продолжала свой рассказ.

Сын Маргрет был военным. По окончании службы он устроился в жандармерию Канберга, где был на отличном счету, но год назад погиб при исполнении. Его милая жена не выдержала горя и быстро зачахла.