Мятежница

– Но если бы мы заплатили на пятьсот фартингов больше, то могли бы сейчас сидеть вот там, – наш всезнающий сосед кивнул в сторону панорамных окон. – Изучать меню, попивая, – он окинул меня взглядом, после чего посмотрел на близнецов, – освежающие напитки.

Затем исправил свою оплошность, решив представиться.

Звали его Теодор Брассет, проживал он в Канберге, где, собственно говоря, и сел на борт. Плыл, как и все мы, в Джосейру. Он был торговым представителем жестяной компании, производящей все, начиная от колючей проволоки, заканчивая печатными машинками.

– Это мое третье путешествие на «Королеве Солнца», – вещал Брассет, когда мы принялись рассаживаться за нашим столом. – Предыдущей поездкой в Джосейру начальство осталось довольно, так что меня отправили еще раз.

Я ничуть не удивилась тому, что оказалась в одной компании с Маргрет и ее внуками. И даже присутствие «лисьего»… Хорошо, господина Теодора Брассета было вполне мне по душе – кто откажется от собственной ходячей энциклопедии?

К тому же я нисколько не сомневалась в том, что чуть позже на свободный стул за нашим столом опустится и доктор Рикотт.

Не ошиблась – он явился через пять минут, заявив, что в каюте 507 с дамой в положении все в полном порядке, просто наблюдаются некоторое волнение из-за путешествия и связанный с этим упадок сил.

К этому времени нам уже успели принести столовые приборы и поставить на стол несколько плетеных корзинок с кусочками свежевыпеченного хлеба, на что я, чувствуя себя беспризорницей, взяла один.

И Питеру с Финном, получив разрешение Маргрет, тоже протянула.

К тому же в нашей компании оказалась еще та самая анемичного вида светловолосая девица, постоянно спрашивавшая разрешения у матушки. Завидев доктора Рикотта, она неожиданно залилась краской, а я подумала…

Да неужели? Вот так взяла и сразу же в него втюрилась?!

Впрочем, доктор не обратил на нее особого внимания, лишь вежливо кивнул на невнятное приветствие, вновь назвав свое имя.

Очень скоро мне стало жаль ту девушку.

Путешествовала она с матерью, то и дело ее одергивавшей, недовольно поджимая узкие губы. К тому же мать заставляла дочь то не сутулиться, то не крутить головой, заявляя, что таким образом та никогда не найдет себе мужа. Тем самым она вводила девушку в еще больший ступор.

Представились – Пруденс и Кларисса Свиткоки. Путешествовали по делам благотворительного общества, которое возглавляла Пруденс Свиткок собственной персоной.