Невеста мафии

Внешне он спокоен, но в его мутно-пепельных, уже почти бесцветных глазах тлеют искры негодования, челюсти напряжены, губы поджаты. Он чувствует себя оскорбленным, а что чувствуют другие, его не волнует.

– Ее жениха зовут Джеймс Лоусон, – произносит он спустя минуты две. – Скоро он должен прилететь сюда ее навестить. Наши люди сообщат всю информацию о его местонахождении в Нью-Йорке. Надеюсь, ты знаешь, что нужно делать. Ваша свадьба через три месяца. Так что не откладывай. И… Марко… Несмотря ни на что, единственное мое условие – сделай ее счастливой, остепенись, люби и уважай.

Пока что она не в курсе наших дел, но теперь ей пора немного просветиться, потому что она – часть семьи.

Это звучит как издевка и как приговор одновременно, потому что буквально означает убить ее возлюбленного, занять его место и больше не таскаться по другим женщинам, которых у меня всегда было предостаточно. Думаю, я смог бы со временем успокоиться и хранить верность любимой, но Доминика… Тем не менее, молча кивнул.

Когда вышел из кабинета и поднялся к себе в комнату, не ожидал никакого подвоха, хотел просто расслабиться и побыть наедине с собой, все обдумать. Однако, из-за открывшейся двери на меня вдруг набросилась эта фурия. Ох и хороша же она была в гневе вблизи! Густо-кофейные омуты глаз так и сверкают, упрямые локоны топорщатся во все стороны, щеки пылают, как и чувственные алые губы. Едва успел перехватить ее руку всего в нескольких сантиметрах от моего лица. И ведь не просто пощечину собиралась отвесить, все когти навострила, чтобы полоснуть по коже. Что ж, кажется, поговорить нам придется гораздо раньше, чем я планировал.

– Никогда! Слышишь?! Никогда этого не будет! Что ты только о себе возомнил?! – завопила с порога прямо мне в лицо, не дав опомниться и даже не смутившись, что не может вырваться из моих рук. – Думаешь, я не слышала, как все тебя теперь называют?! Цепным псом Алессандро! Нравится быть псом и лизать ему подошвы ботинок?! Неужели даже женишься по его указке?! У тебя собственного мнения нет?! Я люблю другого, ясно?! А ты – жалкий найденыш и никто в этом доме! Знала бы – никогда бы не возвращалась домой! Да и теперь не задержусь!

Какое-то время терпеливо ждал, пока она выкрикнет все, что заготовила, брызжа слюной и сотрясая упругим высоким бюстом четвертого размера.