Порочные цветы

– Иди сюда, – как-то заговорщически позвал он. – Надо поговорить.

– Вообще-то я это и делаю… – проворчала я, но все же нехотя встала и села на диван рядом с ним, даже не представляя, что я могу сейчас от него услышать. Он долгое время молчал, и это уже начало меня напрягать, но тут он вдруг спросил:

– Слушай, а почему у тебя нет парня?

– Боже мой! Ты долго думал, что спросить?

– Нет, правда… Ты.... – он немного замялся, – ты очень красивая, эффектная, хорошо обеспеченная девушка, многим нравишься.

Почему ты одна?

– Может быть, потому, что еще не встретила свою любовь? – немного взволнованно, но все же дерзко произнесла я, испытывая неловкость из-за обсуждения подобной темы, да еще наедине, но потом вдруг спохватилась и снова перешла в наступление. – Или, может, старший брат формирует у меня негативный образ мужчины? Почему ты так поступаешь с приличными девушками? Неужели для развлечения нельзя находить кого-нибудь попроще и не кормить их пустыми обещаниями?

– Марин, – вдруг посерьезнел он, развернувшись ко мне всем корпусом и глядя прямо мне в лицо.

 – Ты будешь по мне скучать?

Я уже готова была возмутиться из-за того, что он совершенно меня не слушает и меняет тему, но в этот миг случайно поймала его взгляд. Я могла поклясться, что в его глазах пронесся, сверкая огненным хвостом, демон, поэтому вопрос на какое-то время загнал меня в ступор. Во-первых, я уже скучала по нему и вполне имела право на эти чувства как сестра. Во-вторых, этот вопрос звучал странно и неестественно из его уст, если только это не была какая-то глупая шутка.

Меня привела в замешательство серьезность его тона в сочетании со спрятавшейся в уголке губ недоброй насмешкой и горящим взглядом.

– Конечно, – растерянно пробормотала я, чувствуя неладное.

– Иди ко мне, – спокойствие его голоса усыпляло бдительность. Он протянул руку, чтобы обнять меня, и я в крайней степени смущения придвинулась к нему и неловко обхватила его за шею.

Его руки сомкнулись у меня на талии. – Я буду по тебе скучать, сестренка.

– Я по тебе тоже.... – с усилием вымолвила я, не решившись фальшиво приставить в конце слово «братишка».

Наконец мне показалось, что объятие затянулось, и я попыталась высвободиться, но Митя не пускал. Я почувствовала, как лицо и уши горячо запылали, причем не столько от ощущения близости с ним, к которой я была в общем-то привычна, сколько от ощущения, что что-то идет не так.