Последний вздох

Пилот вражеского звездолета наверняка их принимал и думал, что я в капсуле, это и не вызвало особых подозрений. Пронесло. Полчаса в космосе – это много, но, чтобы не рисковать, подождал еще полчаса и задействовал аварийный маяк, обозначая свои координаты для спасателей, которые конечно будут собирать капсулы. Боялся ли он плена? Нет, с некоторых пор в этой скрытой войне пленных не брали. Что такое пленный – это расход драгоценного ресурса, который никто не хотел тратить, слишком дорого. Поэтому капсулы просто оставляли дрейфовать, а спасение перекладывали на совесть стороны, за которую воевал пилот.

Сергей это прекрасно понимал, ему вместе с Антоном оставалось только ждать, когда их подберут, – «Хорошо, что не набрал скорость, а то не скоро спасли бы» – оптимистично размышлял Сергей, активируя тактический экран, который оказался девственно чист, ни одной засветки. Он обвел взглядом пространство, которое мог увидеть через блистер модуля, но там проступала только чернота космоса, да перемигивались далекие, холодные звезды.

Напряжение боя отпускало, действие боевых стимуляторов притуплялось, накатывала волна безысходности.

«Так нельзя, – взбодрил он себя. – Можно с ума сойти! С Антоном все в порядке, капсула рассчитана на долгое пребывание в космосе, еще через час Антон погрузится в сон, а вот мне что делать? Бороться, бороться и еще раз бороться за выживание, умереть легко, а вот выжить не каждый может, на мне ответственность за Антона!»

Такими рассуждениям вернул себя в рабочее состояние и приступил к изучению оставшегося у него жизненного ресурса.

Скорость оставшегося, после отстрела большей части истребителя, модуля составляла двадцать километров в секунду, почти дрейф. Система жизнеобеспечения работала исправно, запас кислорода на десять часов, энергозапас на пять часов. Запас продуктов на стандартную неделю.

«Ну ладно, не все так плохо, закончится кислород, задействую спасательную капсулу и в медленный сон.

Ну а пока неплохо было бы перекусить».

В кабине невесомость, брикеты с пищей специально подготовлены для такого приема, тюбики само разогрелись, их содержимое он выдавливал как пасту, твердая пища в брикетах, вода в пакетах. После, столь экзотического перекуса, самочувствие и, соответственно, настроение улучшилось, поудобнее улегся в ложементе и задремал, сказывалось напряжение последних часов.