Ночной пленник

Один из них, полноватый, но холеный и просто сияющий от лоска блондин лет двадцати пяти, лишь лениво приподнял брови и бросил немного скептический вопросительный взгляд на Барона. Другой надменно ухмыльнулся. Он очень напоминал Марьяне хитрого сытого кота, который все же следил за ней с внимательностью хищника, привыкшего к охоте на более слабых. Азиатский разрез глаз усиливал сходство, а негромкий мурлыкающий голос дополнил образ.

– Мне кажется, у девушки обоснованные претензии, а, Барон? Я бы на ее месте тоже возмутился… – неторопливо произнес он, подначивая Виктора.

– А я бы возбудился на месте маньяка… – расхохотался блондин. – Наверняка именно таких молоденьких и нежных они и предпочитают на ужин. Особенно, когда ужин сам приходит в постель.

– Это вовсе не смешно! – Марьяна вся вскипела.

Барон снисходительно улыбнулся.

– С чего ты взяла, что кто-то обязан предоставлять тебе всю информацию о хозяевах домов, которые ты будешь обирать? Довольно того, что кто-то пас этого типа достаточно долго, чтобы выяснить, когда он будет отсутствовать.

Ради твоей безопасности кто-то уже постарался. Разве у тебя были проблемы? Тебя кто-то засек? Преследовал? Вызвал полицию?

Марьяна задохнулась от возмущения, но в то же время растерялась из-за веских аргументов.

– Такой никогда не вызовет полицию, потому что ему самому есть, что скрывать! И, может быть, это мы должны ее вызвать, чтобы они проверили этот особняк! Этот… этот тип… Я уверена, что от него пострадали люди! – Ей очень хотелось сказать, наконец, что он вампир, и она обязательно скажет это Барону лично, но только не при этих типах.

На этот раз улыбка сошла с лица Виктора. Расслабленно откинувшись на спинку кресла и склонив голову на бок, он смотрел на нее с откровенным безразличием и даже лёгким раздражением.

– А тебе, волчонок, случайно нечего скрывать? И от твоих действий разве никто не пострадал? Или деньги не в счёт, да? Или ты научилась находить оправдания лично для себя?

– Я никого не убивала! – возмутилась девушка такой несправедливости.

– Это пока… – с сарказмом парировал Барон. – Переступила через один запрет, переступишь и через другие, если потребуется… Особенно, если я прикажу.

– Я никогда… – начала она в запале, уже понимая, что проиграла этот спор и сморозила глупость, но Виктор ее грубо перебил.