Всевластие. Уроборос. Владыка чёрных дней

У тебя есть какое-то предназначение в этом мире, я это почувствовала, когда ты еще была у меня в животе, а когда ты родилось, глядя в твои умные глазки, я в этом убедилась.

– Мама, а я – человек? – не побоялась задать опрометчивый вопрос Оберона.

Мария удивилась, расширив глаза, затем улыбнулась и ответила:

– Очень странный вопрос! Конечно, ты человек, мы с твоим отцом – люди, кем тебе еще быть?

Оберона понимала, что ей не следовало задавать такой вопрос матери.

Её мама очень открытая, ничего и никогда не скрывала, не умела врать и сплетничать, а вот отец и дед, как считала Оберона, скрывали какую-то тайну, особенно дед. Следовало бы Антону, напрямую в лоб, задать этот вопрос намного раньше, но она никогда не решалась, как решилась спросить в этот день у своей матери.

Снова скрипя, открылась входная дверь, и мимо кухонного дверного проема мелькнул знакомый силуэт Ильи.

– Мария, мы с отцом выезжаем сейчас! – сказал Илья, быстро поднимаясь по лестнице наверх.

– Куда это вы так спешите?! – заинтересовалась Оберона и побежала вдогонку за ним.

Мария неспешно пошла следом.

– Много дел, – не уточняя, ответил ей Илья, находясь в их с Марией спальной комнате.

Он взял, стоящий у кровати собранный женою в дорогу, небольшой кожаный чемодан и подошёл к стоящей в дверях и ожидающей его Обероне.

В этот момент Мария уже находилась позади неё.

– Я не отойду, пока ты мне ясно не ответишь на мой вопрос! – заявила Оберона, чем рассмешила отца.

Илья наклонился, взял её легонько за плечи и отодвинул в сторону.

– Когда я вернусь с города, всё тебе расскажу, а в следующий раз возьму тебя с собой, – пообещал он ей.

– Ты не обманываешь? – спросила Оберона, прищурив при этом глаза.

– Я человек слова, – убедил он её. – К тому же, тебе уже пора увидеть город и его обителей в живую.

Подойдя к Марии, Илья нежно поцеловал её в губы.

– Одна неделя и я снова дома, – сообщил он ей.

Уже у выхода из дома, Мария вспомнила о собранной ему и Антону в дорогу еде. Она достала из-под кухонного стола корзину и передала её мужу. Илья помахал Обероне рукой, еще раз поцеловал Марию, попросил их не провожать на улице, и выскочил из дома.