Амазонки

А еще мать! «Матушка! Что с нею, жива ли она еще?.. Да, наверняка сейчас эти варвары устроили там настоящую резню, а женщин оставили здесь!»

Сакий уже не обращал внимания на боль в руках – он перестал ее чувствовать. Попытался перекусить одну из нитей веревки, но та не поддалась. Парень начал резко наклоняться из стороны в сторону, пытаясь ослабить путы на ногах…

Все было бесполезно.

«Они убивают там мою мать, а я сижу здесь!»

Невыносимо тягостное чувство заполняло всё существо юноши в некой уродливой форме и, казалось, давило прямо на грудь изнутри, пытаясь вырваться наружу.

Он начал дышать чаще, чувствуя, что ему уже не хватает воздуха…

Сакий понимал безнадежность своего нынешнего положения. «Как же мне выбраться? О Папай и Апи, помогите»! – взмолился парень, мысленно обращаясь к прародителям скифов – божествам, давшим, по поверью, жизнь его народу.

Он снова и снова пытался освободить кисти рук. Кожа начала кровоточить – место, где сидел юноша, было покрыто алыми пятнами. «Я!.. Я виноват! Будь я более зорким, то успел бы предупредить людей о наступлении врага… или хотя бы сражался и умер в бою, нежели мучился бы в бездействии!»

Сакий упал лицом на груду листьев и забылся…

Неожиданно раздался скрип.

Дверь в хижину отворилась.

Парень поднял голову. Лунный свет на мгновение ослепил его. Он зажмурился. Кто-то вошел внутрь и закрыл за собой дверь.

В полумраке юный скиф разглядел женский силуэт. Девушка подошла ближе и наклонилась. В руках у нее был факел, освещавший бледное личико с грустными, широко раскрытыми, по-детски доверчивыми глазами.

Сакий с удивлением и испугом смотрел на нее.

– Они уже там? – спросил он, приподнявшись. – Скажи мне: ваши воины уже спустились в деревню? – повторил в отчаянии пленник свой вопрос.

Девушка, приблизившись еще ближе, поднесла факел к его лицу. Она сосредоточенно глядела Сакию в глаза, ничего не отвечая.

– Убийца! – тихо, со слезами на глазах неожиданно заговорила она на языке скифов.

Сакий замотал головой.

– Нет, ты ошибаешься! Я никого не убивал! Прошу: помоги мне освободиться… Я должен спасти людей! Мою мать… – Он четко выговаривал каждое слово, спеша, теряясь и дрожа от нетерпения.

 – Ты понимаешь меня?.. Скажи! Ведь ты понимаешь! Я не убийца, клянусь тебе золотой чашей, я никого не убивал!

Девушка, будто очнувшись от забытья, резко отпрянула.

– Не уходи, не уходи, постой! – шепотом взмолился Сакий. – Я понял: кого-то из ваших людей убили, и вы решили, что это я?..