Призванная. Когда закончится время

Как мы вернемся домой? Я не знала ответа на этот вопрос, но мне очень хотелось оказаться там прямо сейчас.

Макс протянул другую руку, и огонек на полу погас, вспыхнув и забегав на его ладони. Парень, играя, перекатывал его, как мяч.

– Как?

– Расскажи мне, – попросил он так просто, что мне захотелось всем поделиться. Я отпила воды из бутылки, проглатывая не пролившиеся слезы.

– Мы с Линой были на тропинке, спускающейся к морю. От дождя дорожка стала очень скользкой. Мы живем на побережье, в гористой местности, а склон, по которому нам нужно было спуститься, крутой и заканчивается обрывом.

Поскользнувшись, мы покатились вниз. Должны были разбиться. Но вот я здесь, сижу с тобой, не зная, где мы.

Рассказ получился не очень внятным, а пояснять мне не хотелось. Я молчала, не зная, что сказать дальше. В моем мире, скажи я о ярком свете, меня сочли бы сумасшедшей. Может, здесь это в порядке вещей? Может, я и вправду свихнулась? Вариант с комой тоже был вероятным. Но здесь все было таким реальным, особенно завывающий холодный ветер и тепло, исходящее от камней под нами.

Я все еще дрожала под ледяным плащом.

Макс молча смотрел на нас, в основном – на меня. От его пристального взгляда я мне становилось жутко: казалось, он каждую минуту решает, стоило нас спасать или нет и стоит ли помогать дальше. Огонек весело плясал на полу.

– Мы должны были упасть на берег, но оказались в этом лесу – то есть в соседнем, без волков. Но точно не там, где должны были.

– Там, где горящая собака, – сказала Лина. Казалось, она более спокойно воспринимала происходящее. Лина полезла в свой рюкзак и выудила оттуда пару бутербродов, которые я соорудила для нас вечером. Пару секунд она раздумывала, как же поделить два куска хлеба с маслом и сыром на троих, и, придя к выводу, что Макс все же парень, протянула ему целый кусок. Он то ли не сразу понял, что от него требуется, то ли сомневался в съедобности предлагаемого позднего ужина.

– Угощайся, – сказала сестричка, впихивая бутерброд ему в руки.

Кажется, мы снова его удивили – может, едой, а может, поведением в целом, но он принял кушанье. Оставшийся кусок Лина разделила надвое и половину дала мне. Я не заставила себя долго уговаривать и, жадно откусив, начала жевать. Каким же невероятно вкусным может быть обычный хлеб! Сейчас бы еще горячего чаю. Я потянулась за водой, но Макс перехватил бутылку перед моим носом. Мы уставились на него в растерянности.