Поверь в свою звезду!

Мама добилась для молодых отдельное жилье, им бы жить да жить, и все было бы замечательно. Я с подругой не раз приходила к ним в гости, и все-то мне там нравилось. Бабуля тоже иногда захаживала, а порой и жила у них. Но всему наступает конец, особенно у людей бестолковых и беспутных. Братец вновь стал дурить. Пьянство, скандалы вошли в привычку в их семейной жизни. Мы все воспринимали это очень болезненно. У Шуры, так мы называли Шамсию, состояние было критическим. Не раз, по вине братца, приходилось вызывать скорую помощь.

Но после известия о ее беременности он поутих, все ждали первенца.

Алия родилась недоношенной, весом 1,2 кг. После роддома, где ее продержали еще два месяца, забирали малышку весом уже в 1,8 кг. Мы все души не чаяли тогда от маленького чуда. И кто бы мог подумать, что дурные гены так отразятся на любимой всеми малышке, что когда-то из нее вырастет монстр, с дьявольскими, беспутными и нечеловеческими мышлениями…

…После летней подработки, бодрая и полная надежд, я села за парту с подругой Танюшкой.

То был последний 10 класс. Нас было шесть подруг, мы как-то легко сдружились меж собой с 7 класса, Наташа с Леной, две Людмилы и я с Татьяной. Были общие интересы и взгляды.

Почему-то, в мою память врезались мысли Натальи Морозовой, брошенные случайно в мой адрес, но показавшиеся для меня не приемлемыми. А сказала она о будущем: «Вот вспомнишь, Галя, ты еще испортишься, как только уедешь из дома, и даже курить будешь!». Это меня несколько возмутило. Как же я тогда с ней спорила!

Не маловажный след в моей жизни оставила и Татьяна.

Мне нравился их домашний быт, ее гостеприимная мама. Жили они вдвоем. Тетя Тася была очень порядочной женщиной. Мы часто гурьбой приходили к ним домой, и Танина мама всегда поила нас чаем, угощая домашним печеньем. В душе я немного завидовала им, огорчаясь, что моя мамуля не умела делать выпечку, даже блины, но в том ее вины не было, и это, конечно, мне хорошо было понятно. Танюшка росла и жила в строгости, училась почти отлично, превосходно рисовала и вязала. По окончании школы нас ненароком судьба сведет вновь, через год, на железнодорожном вокзале Усть-Каменогорска.

Последний школьный год как-то пролетел быстро, куча экзаменов, и вот долгожданный аттестат и выпускной.

Захожу к Наталье домой, она радуется покупкам – новое выпускное платье, белые туфли. А мои родители даже и не вспомнили про мой выпускной вечер.

Сижу на лавочке возле дома, слезы текут по щекам.