Ночь – царство кота

Мошик топотал по торчавшим кое-как плиткам тротуара.

– Тем, а Тем, тут совсем рядом книжный магазин есть, говорят, хороший, может, зайдем? Ведь не так жарко?

– Зайдем, – Артем положил ключи обратно а карман. Он физически ощутил, что Ленкино любопытство зашкалило. В замкнутом пространстве «Тойоты» оно могло вызвать маленький термоядерный взрыв, а обращенное на пользу обществу, охладить раскаленные иудейские камни.

“А что, если…” посетила Артема шальная мысль. Он мысленно раскинул небольшой купол и вообразил упрощенную схему кондиционера.

Фреон по трубам погнало ленкино любопытство. В полном соответствии с законами физики, с купола закапало и изрядно всех намочило. Мишка остановился в недоумении – небо было выцветше синее без единого облака, поливалок в обозримой близости тоже не наблюдалось.

– Дождик? – проговорил он удивленно.

– Дождик! Дождик! – радостно заорала детвора в соседнем дворе.

– Тем, я же сказала, что не жарко, а ты не веришь, – Лена открыла дверь магазина с надписью на двери “работает кондиционер”.

– Здравствуйте, там, в углу холодная вода, а то вы аж мокрые все, – скучавшая продавщица, обрадовавшаяся случайным полдневным покупателям, оценивающе переводила взгляд с Лены на Артема и обратно, профессионально выискивая слабое звено. – Сразу видно интеллигентного человека: на улице жара – помереть можно, а он в книжный магазин все равно идет.

– Спасибо, не так уж и жарко, у нас в машине кондиционер, – Лена прошла внутрь.

До Артема дошел, наконец, весь юмор ситуации.

Библиотекарша час назад тоже приняла их за пару с ребенком, только там Ленке сочувствовали, видимо, плохо дело, если притащила мужика к Той У Которой Связь С Космосом на промывку мозгов, а здесь – совсем другой коленкор: интересная дама в обществе семьи книжки пришли покупать, показывать свои высокие уровни – семейный, интеллектуальный и финансовый. Артем искоса взглянул на руки продавщицы. Обручального кольца не было, а значит, Ленка сполна покуражится. Ему оставалось только ретироваться в дальний угол и оставить поле боя своей спутнице.

– Тем, смотри, Бродский! Целых два тома! Я так давно его хотела, послушай, как хорошо: “…Повсюду ночь: в углах, в глазах, в белье, среди бумаг, в столе, в готовой речи, в ее словах, в дровах, в щипцах, в угле остывшего камина, в каждой вещи…” Тем, я возьму, а?

– Возьми, если хочешь, – Артем давился со смеху, фраза предназначалась уж никак не ему.