Белая рыба. Сказания о Бай и Ю. Бегущая вода

Затем завернул хрупкое тело Сяо Бая в одеяло и усадил себе на спину.

– Если ты сомневаешься, то еще не поздно отказаться, – сказал молодой доктор.

– Прыгай уже скорее, – ответил Сяо Бай.

Молодой человек схватился за трос и ступил на подоконник. Сяо Бай крепко обнял его за шею. Они прыгнули и вместе испарились в ночной темноте.

– Как мне к вам обращаться, доктор? – спросил Сяо Бай, откидываясь на спинку кресла-каталки и разглядывая окружающий пейзаж.

– Фэй Ю, – ответил тот. – Можешь звать меня Фэй Ю.

– Твое имя звучит особенно, – заметил Сяо Бай. – Какое значение твоя семья вложила в него?

– Моей семьи давно нет. Это имя дал мне Учитель. – Фэй Ю лишь частично ответил на вопрос Сяо Бая.

– Я такой же, как ты. Моих родителей тоже больше нет, – заговорил Сяо Бай. – Я слышал от людей в больнице, что мое лечение оплачивает благотворительная организация. Меня отправили в больницу еще в детстве из-за слабого здоровья.

– Благотворительная организация?

– Я не помню, что случилось, когда я был маленьким.

И я никогда не встречал никого из этой организации, но каждый месяц в больницу приходит фиксированная сумма, которой достаточно для оплаты моего лечения и лекарств. А так как я живу в больнице, карманные деньги мне и вовсе не нужны.

Фэй Ю уверенно подтолкнул вперед кресло-каталку, и они направились по извилистой дорожке в сад. В конце тропы росла высокая акация. В это время года ее крона, будто огромный зеленый зонт, вздымалась вверх и перекрывала все небо и солнце.

– Мне нравится это место, – сказал Сяо Бай. – Не знаю почему, но мне кажется, что уже бывал здесь и сейчас словно вернулся в далекое-далекое прошлое. Даже если я скоро умру, в моем сердце не осталось сожалений. И с тобой все точно так же. Хоть мы и встретились сегодня впервые, но я чувствую, что ты очень добрый, и я могу тебе доверять.

– Забудь об этом. Ты не умрешь, – ответил Фэй Ю.

В глазах Сяо Бая промелькнул слабый огонек, и он грустно улыбнулся.

– Может, ты просто не знаешь, что я болен с самого детства.

В то время врачи говорили, что я не доживу и до трех лет. Но произошло чудо. Когда мне было восемь, я снова пролежал несколько дней с лихорадкой и думал, что вот-вот умру. Все оставшееся время я пробыл в больнице, иногда бодрствуя, иногда находясь без сознания. На мне опробовали все доступные лекарства и методы лечения, но никаких улучшений нет. А врачи в тайне, за моей спиной, говорят, что у меня остался только месяц.