Капитан флибустьеров

Когда опять водворилась тишина, он продолжал с улыбкой на губах:

– Нашему уважаемому губернатору, отеческая заботливость которого всегда бодрствует над нами, я приношу сердечную благодарность за то, что он удостоил нас своим присутствием и тем придаст законную силу моему решению. Вот в чем состоит оно: золото, что лежит на столе, и все состояние Пальника, которое я выиграл, господин д’Ожерон потрудится разделить поровну между беднейшими из нас, без различия звания, пусть они будут буканьеры, флибустьеры или простые обыватели.

Дай Бог, чтобы это назначение очистило выигранное мной богатство от грязи, которой оно запятнано! Знает ли кто-нибудь, сколько вербованных было в собственности у Пальника?

– Я знаю, – сказал Прекрасный Лоран, – всего пять.

– И мы здесь! – отозвался голос из толпы.

– Подойдите, – позвал их капитан.

Пятеро слуг, полунагих, бледных и худых до того, что на них страшно было смотреть, робко выступили вперед.

– Я объявляю вас свободными в силу права, которое мне присвоено званием Берегового брата, – продолжал Медвежонок, – согласно обычаю, я дам каждому из вас по ружью, по три фунта пороха и пуль, а кроме того, вот вам пятьсот экю, которые вы разделите между собой.

Бедные люди, ошеломленные таким внезапно свалившимся на них счастьем, не смели верить своим ушам; они растерянно оглядывались вокруг и кончили тем, что залились слезами.

– Ступайте, – сказал им капитан тоном нежного сострадания, – ступайте, друзья мои, теперь страдания ваши кончились.

Ваше место среди свободных людей, среди Береговых братьев.

Опять со всех сторон раздались такие восторженные крики, что самые закаленные буканьеры – и те умилились; это уже был восторг не обыкновенный, но неистовый, доходивший до исступления.

– Хорошо, капитан, – похвалил его губернатор, с чувством пожимая ему руку, – вы подаете возвышенный пример. Именно таким образом мы и вернем этих увлекшихся, но великодушных людей на истинный путь; благодаря вам задача моя станет легче.

– Пытаюсь идти по вашим следам, – почтительно ответил флибустьер, – я не могу желать лучшего образца для подражания.

– С десятью такими людьми, как вы, – продолжал д’Ожерон по-прежнему тихо, – всего за один год эта великолепная колония может просто преобразиться.

– Или погибнуть, – задумчиво пробормотал капитан.

– О! Неужели таково ваше мнение?

– Увы! Мы не такие люди, как все; в наших жилах течет огонь, а не кровь.