Поклонники змеи

 – Она! Она здесь!

– Брат! – пробормотала молодая девушка.

– Молчи! – вскричал он громовым голосом и, схватив за руку господина де Бирага, печально прибавил, – вы изменили мне…

– Я! – с изумлением вскричал молодой человек. – Право же… – но, сообразив, насколько бы компрометировали его слова сестру его друга, он внезапно умолк.

– Ну! – повелительно продолжал Колет.

– Хорошо, – холодно отвечал тот, – но только здесь я не могу объясняться с вами!

– Пусть будет по-вашему! Но смотрите, я требую этого объяснения!

– И оно будет вам дано.

– Вы клянетесь мне в этом?

– Честью заверяю вас!

– Честью?! – с горькой улыбкою повторил Колет, взглядывая на молодых людей.

– Милостивый государь! – с достоинством проговорил де Бираг. – Не торопитесь считать виновными тех, невинность которых скоро будет доказана вам!

– Бог видит, что меня обманули.

– Вскоре вы получите доказательство.

Колет молча и печально покачал головою.

В комнате водворилось молчание.

Между тем снаружи ураган свирепствовал с двойной яростью. Завывания бури наполняли воздух стонущими звуками. После нескольких секунд молчания, во время которых трое собеседников бросали украдкой вокруг себя настороженные взгляды, Колет вдруг поднял голову и, проведя рукой по своему лбу, как бы желая отогнать какую-то неотвязчивую мысль, резко обратился к молодому человеку.

– Вы пойдете со мною?

– Конечно!

– Пойдемте тогда, мы и так довольно долго пробыли здесь!

Все это время молодая девушка не проронила ни одного звука, не сделала ни одного жеста; она только куталась в свой платок, чтобы заглушить рыдания.

Между тем негритянка, воспользовавшись тем, что никто не обращает на нее внимания, бросилась в соседнюю комнату и заперлась там. Жозеф Колет, бросив кругом подозрительный взгляд, подошел к окну и, взяв висевший у него на шее серебряный свисток, продолжительно свистнул. Почти в ту же минуту раздался топот лошадей, и перед хижиной появилась дюжина кавалеристов с зажженными факелами.

Это были слуги Колета, душой и телом преданные своему господину.

Молодые люди вышли. Метис нес свою сестру на руках. Лошадь де Бирага оказалась привязанной к стволу акажу неизвестною рукой. Оба молодых человека сели в седла; плантатор усадил свою сестру, почти лишившуюся чувств, перед собою, – и кавалькада тронулась в путь.

Между тем ураган все еще не прекращался.