Морские титаны

– Не всегда он был таким: после моего изгнания из племени его прогнал вождь, которого избрали на мое место, тут он исчез на целых четыре года, и никто не знал, куда он делся или что делал в это время; по возвращении же его нельзя было узнать – так он изуродовал себя по причине, ему одному известной и, надо полагать, связанной с каким-нибудь страшным преступлением. Вернулся он в этот край почти одновременно с доном Хесусом Ордоньесом, в особенности же меня поразила эта странная случайность, когда я вскоре убедился, что эти двое знают друг друга давно.

Однажды Каскабель исчез опять, на этот раз его отсутствие длилось еще дольше, но наконец он вернулся, став заклинателем змей.

– И очень даже ловким. Он показывал нам страшные образчики своего искусства.

– Да, я видел.

– Как же ты-то узнал его?

– Провести можно всех, капитан, только не врага. Чтобы узнать его, мне было достаточно одного взгляда, так я и сказал ему.

– Напрасно, этим ты заставил его быть настороже.

– И сам теперь вижу, – со вздохом согласился Хосе, – но поздно, как всегда.

– А ты не знаешь, видится ли он с доном Хесусом по возвращении?

– Часто, они постоянно общаются.

– Странно! Какая связь может существовать между этими двумя людьми?

– Кто знает, не преступление ли?

– Это возможно. Продолжай.

– Что же мне сказать вам еще, капитан? У меня сердце разбито, меня постигло ужаснейшее несчастье.

– Тебя?! – вскричал с участием Лоран.

– Увы! Моя милая дочь, моя Аврора!..

– Что с ней? Договаривай, друг?

– Два дня тому назад я вошел в свою хижину и нашел лишь изувеченные тела троих слуг, моя дочь исчезла.

Индеец закрыл руками лицо и зарыдал.

– Похищена! Кто же презренный похититель?

– Каскабель.

– Он!..

– Я уверен, что он: целых пять часов я шел по его следам, двести человек моих единоплеменников бросились за ним в погоню. Увы! Вернут ли они мне моего ребенка?

– Надейся, брат! Бог за тебя.

Но надо торопиться, нельзя терять ни минуты. Ей-богу, мы спасем бедняжку во что бы то ни стало. Говори, что нам делать?

– Полно, Хосе, – ласково сказал Мигель, – теперь не плакать надо, оставь слезы женщинам и будь мужчиной; мы все станем грудью за тебя, если понадобится.

– Да, вы правы! – вскричал индеец, вскакивая. – Благодарю, что вы заставили меня опомниться.