Золотая Кастилия

– Ваше здоровье!

Флибустьеры чокнулись стаканами, опорожнили их, и Монбар снова заговорил:

– Могу я говорить с вами откровенно и без всякой сдержанности? – осведомился он, вопросительно взглянув на Филиппа.

– Сделайте одолжение.

– Точно могу?

– Я клянусь вам, Монбар, – искренне ответил молодой человек и протянул ему руку, которую флибустьер тотчас пожал.

– Хорошо! – сказал он. – Надеюсь, мы поймем друг друга.

– Я убежден в этом.

– Сначала поговорим о фактах.

– Конечно.

– Какие бы причины ни заставляли действовать вас и меня, мы стремимся к одной цели – захватить Маракайбо.

– Так.

– Мы хотим достичь этой цели во что бы то ни стало.

– Во что бы то ни стало.

– Очень хорошо; таким образом, вопрос значительно упрощается. Я обещал вам говорить откровенно, слушайте же меня внимательно. Вы не рассказали мне ничего; следовательно, я не поверенный ваш и не сообщник, и сохраняю относительно вас свободу действия, – вы это признаете?

– Вполне.

– Единственное, что, по моему мнению, движет вами, – это желание отыскать женщину и похитить ее… Нет-нет, не прерывайте меня, – поспешно добавил флибустьер, протягивая к Филиппу руку.

 – Следовательно, причина эта – любовь, то есть страсть, а страсть не рассуждает, она увлекает и часто толкает на погибель тех, кем овладела. Вы видите, что я рассуждаю холодно и логично, потому что дело это слишком серьезно и требует всех усилий нашего ума и воображения.

– Продолжайте, продолжайте, друг мой; я не пропускаю ни слова из того, что вы говорите.

– Итак, отсюда я заключаю: командование экспедицией должно быть предоставлено одному мне; я должен иметь право действовать всегда и во всем по своему усмотрению. Вы поклянетесь вашей честью, что будете во всем повиноваться мне. Подумайте, можете ли вы дать мне такую клятву? Говорите, я слушаю вас.

– Монбар, – серьезно ответил Филипп, – я признаю справедливость всего сказанного вами. Клятву, которую вы требуете от меня, я дам вам не колеблясь… Клянусь честью повиноваться вам во всем, не требуя от вас отчета в ваших поступках!

– Я вижу, что не ошибся на ваш счет, Филипп, и что вы именно таков, каким я вас считал.

Будьте спокойны, друг мой, я не употреблю во зло власть, которую вы мне даете, а напротив, использую ее к нашей взаимной выгоде, потому что, может быть, даже больше вас я желаю, чтобы наши усилия увенчались успехом. Итак, вот что мы сделаем. Вы говорите, что у вас есть необходимые бумаги?

– Есть.