Короли океана

Господин де Лартиг, командир корабля четвертого ранга «Непоколебимый», был достойным офицером лет сорока пяти, с волевыми чертами и приветливым выражением лица, любимчиком экипажа и превосходным моряком.

– Кажется, – проговорил он, – это те самые корабли, что мы ищем.

Он выпрямился, обвел горящим взором окружающих и прибавил:

– Постараемся же исполнить наш долг, как и подобает! Да здравствует король!

– Да здравствует король! – вторили ему все, кто теснился на палубе и на юте.

– Будем готовиться к бою, и немедленно, – продолжал капитан.

 – Общая тревога!

– Тревога! – тут же повторил следом за ним старший боцман.

В XVII веке подобная команда означала и боевую тревогу, на которую она была заменена уже в наши дни.

Корабль как будто содрогнулся всем корпусом от клотиков мачт до киля – и совершил крутой маневр, изменив генеральный курс.

Пронзительно засвистали боцманские дудки; загрохотали барабаны; зазвонила рында; грянули трубы; подвесные морские койки, или коечные сетки, были сдернуты, скатаны и извлечены на палубу вместе с рундуками – своеобразными корзинами, в которых матросы хранят свои пожитки.

Коечными сетками и рундуками заткнули просветы между релингами, соорудив из них заслоны против картечи и мушкетных пуль; потом эти заслоны красоты ради покрыли изящной синей тканью, расшитой золотыми лилиями.

Когда восстановилась тишина и каждый занял свой пост, капитан спустился с юта на шканцы, чтобы наскоро произвести смотр экипажа и самолично проверить, готовы ли мушкеты к стрельбе, полны ли патронташи зарядов, остры ли шпаги, топоры, протазаны и алебарды.

Закончив смотр, капитан подал сигнал, тут же подхваченный свистком главного боцмана и возвестивший о начале молебна. И действительно, следом за тем на палубу в сопровождении слуги с бренчащим колокольчиком чинно вышел статный старик в стихаре и с епитрахилью на шее; лицо у него казалось мрачноватым, лоб был открыт, седые усы вздернуты кончиками кверху.

Офицеры, солдаты и матросы почтительно преклонили перед ним колени и перекрестились.

И вот судовой священник начал молебен с библейской строфы, которую экипаж подхватил нараспев и дружно – истинно по-военному. Засим святой отец произнес по-бретонски короткую речь, выслушанную всеми с большим воодушевлением; потом он затянул так же нараспев: salvum fac regem…[18 - Вернее, Domine, salvum fac regem… (лат.