Разговор с великолепным Босфором

Акын отправил меня в душевую комнату для полного омовения перед никахом. А я на автомате делала то, что он мне говорил, и никак не могла озвучить ему, что я не готова читать никах.

Мы пришли в мечеть. Это небольшая мечеть рядом с домом Акына, в которой он часто читает намаз. Конечно же, все прихожане мечети и мулла прекрасно знакомы друг с другом. Акын проводил меня за шторку, которой была отделена от основного зала женская половина, а сам ушел еще раз поговорить с муллой и шахидами (свидетелями), которые будут свидетельствовать факт нашего бракосочетания.

Я начала читать намаз, в конце молитвы попросила Всевышнего: «Дай мне силы обо всем рассказать Акыну, я боюсь его гнева».

Однако ничто не может длиться вечно. Шторка открылась, заглянул Акын.

– Ты готова?

– Нет еще, – мой язык стал деревянным.

– Сколько времени тебе понадобиться?

– Акын, я не могу сейчас читать никах, – наконец-то мои губы смогли произнести эти слова признания.

– Как? Почему ты сразу мне не сказала? Я держу людей, у них ведь есть свои дела, – Акын старался быть спокойным, но у него это плохо получалось.

 – Что случилось? – мой пока еще не состоявшийся муж был в полной растерянности.

А меня будто парализовало, причем все части тела одновременно.

– Сейчас я скажу им, что все отменяется, – Акын опустил ткань, скрывающую женскую половинку от нескромных глаз.

Я молча вышла из-за шторки, взяла свою обувь, начала одевать ее. Мои глаза были полны слез. Я вышла из мечети и пошла к выходу. Акын догнал меня и быстро прошел вперед.

Перед мечетью было небольшое кафе.

– Давай посидим здесь, чай попьем, поговорим, – он не мог скрыть своего раздражения и некоторой злости.

– Хорошо, – я старалась не смотреть на него. Почему-то мне было стыдно. Но стыдно не перед ним, а перед самой собой. За свою трусость. За свое малодушие. За свой страх.

– Что-то случилось? – он повторил свой вопрос. Конечно же, без разборок не обойтись, Акын хочет узнать причины моего поступка. И это его право.

Естественно, как человек, умудренный жизненным опытом, он прекрасно понимал, что что-то произошло. Ибо я так устроена, что не умею притворяться. Мое внутреннее состояние моментально отражается на моем поведении. И если меня что-то гложет, то это сразу же становится заметно.

Я подключила все свои скрытые ресурсы в знании турецкого языка и постаралась объяснить Акыну, почему я отказалась сейчас читать никах. Я рассказала про сон, про нанейку, про ее слова.