Смерть на двоих

– Торопился, стало быть? – прищурился офицер, и Питер заметил, как его рука легла на седельный чехол, откуда торчала рукоять пистолета.

Беглец тут же вспомнил про свой пистоль, который был подвешен под рукой и сейчас был прикрыт плащом.

– Так ночью ехал, сэр… а ночью, сами знаете, не безопасно… всякое может быть, вот и гнал.

И тут проклятая рана резанула по нервам, и лицо Питера исказила гримаса боли. Рука машинально потянулась к бедру.

– Эй! – окликнул солдат. – Что там у тебя?

– У него кровь! – разглядел другой.

 – Сэр, у него кровь!

– Так ты ранен? – сдвинул брови офицер. – А ну-ка, ребята, берите его и…

Питер не дал ему договорить. Прильнув к шее лошади, он быстрым движением извлек пистолет, взвел курок и нажал на него. Выстрел выбил офицера из седла и окутал место встречи легким дымком. Питер не замедлил воспользоваться пистолетом еще раз. Перехватив его за дуло, он, не раздумывая, ударил ближнего солдата по голове. Вышло не очень, рукоятка лишь скользнула по фетровой шляпе и немного ободрала лицо.

Солдат шарахнулся в сторону. А затем Фрай запустил пистолетом в другого солдата. Оружие перевернулось пару раз в воздухе и угодило лошади в ухо. Бедное животное испугалось и, мотнув головой, сорвалась с места.

– Хватай его…

– Руби его…

– Гарри, стреляй!

Питер пришпорил коня, на ходу извлекая шпагу. Всего несколько метров отделяли его от солдата, и Питер, проносясь мимо него, хлестнул всадника по лицу. Клинок шпаги рассек вояке кожу, тот бросил поводья и, зажав рану обеими руками, взвыл как раненый зверь.

Беглец активно понуждал коня и гнал, гнал… наконец, он через плечо кинул взгляд назад и удивился – погони не было.

«Спасибо, Господи! – воздел он глаза к небу и вновь пришпорил коня».

Глава 4

– И все-таки Индия… Пряности? Черное дерево? Слоновая кость? – взглянув на старинного приятеля, Адам Джеймс Бикфорд улыбнулся. – Коммерческая тайна? Я понимаю. И верю вам. Дело, которое начинаете вы, как правило, приносит неплохую прибыль.

Но отчего Дэвисон все же отказал в кредите?

Альфред Нортон с досадой поморщился:

Просторный кабинет старшего Бикфорда через распахнутое настежь окно заливали прямые солнечные лучи. У окна стоял молодой человек. Молодой по меркам обоих пожилых джентльменов. Сыну Адама Бикфорда шел уже четвертый десяток.

Приемному сыну. Родные сыновья Бикфорда погибли много лет назад, а потом странная лихорадка унесла жизнь его жены, Алекс. В живых осталась лишь дочка, Эдит.