Тень Орла

 – С каких это пор правителя Акры нужно охранять от собственных подданных?

– Не от подданных, а от неблагодарных еверов, которые уже два раза покушались на особу правителя.

Чиновник говорил спокойно, держался уверенно и властно… Похоже, тут все было чисто. Новый налог, конечно, был форменным разорением, но если его и впрямь ввел Даний, то, что бы Йонард с Марахом не думали по этому поводу, сейчас самым разумным было подчиниться. И все же что-то беспокоило северянина. Что-то было не так.

– Хм, – хмыкнул Йонард, приглядываясь к чиновнику, – а сам-то ты разве не евер?

– Я?! – тот даже икнул от возмущения и торопливо оглянулся.

 – Сохрани меня Ахура-Мазда, Владыка жизни! Не имею никакого отношения к этим разбойникам. Мои мать и бабушка были чистокровными греками.

Что-то было не так! Вроде все было в порядке, светило солнце, они высаживались в мирном городе и стража не обнажала клинки… И все же Берг готов был поставить свою голову против гнилой тыквы, что они в смертельной опасности. Но где она!!! Йонард слушал, смотрел, даже нюхал… Вот!!! Его помощник, Марах, смотрел на стражников дружелюбно, говорил ровно, беспечно улыбаясь.

В позе его не было ни малейшего напряжения, даже мышцы шеи расслаблены… И при этом потел, как лошадь. Марах был напуган!

– Допустим, – кивнул Йонард, – а что, у греков тоже принято вспоминать мать вперед отца? Простите, уважаемый, но я не вспомню у них такого обычая.

Чиновник стрельнул глазами вокруг и, понизив голос, спросил:

– Чего ты хочешь, северянин?

Йонард думал одно мгновение.

– Хочу узнать, что здесь случилось, пока «Ястреб» был в море. Но в этом ты мне не поможешь, слишком много врешь. Я забуду о твоей обмолвке… грек, – Йонард ухмыльнулся, – но сейчас ты и все остальные… греки, – улыбка германца стала еще шире, – сойдут с «Ястреба» и больше не станут даже глядеть в его сторону.

Когда толпа стражников во главе с самозваным греком покинула палубу корабля, Марах перевел дух и неодобрительно цокнул языком:

– Ты находчив, Йонард, но слишком прям.

Теперь они точно не спустят с нас глаз.

– Пускай глядят на здоровье, – пожал плечами германец, – нас здесь не будет. Сейчас мы уберем сходни и уйдем назад, в море. До самого маяка. А ближе к вечеру пристанем к берегу.

– За маяком? Ты спятил, – убежденно сказал Марах, – хочешь нарваться на аркан на шею или топор в спину? Дикари побережья будут просто счастливы, такой подарок!

– Ага. Двадцать горшочков с «индийским розовым маслом» подарок что надо.