Апокалипсис Welcome: Армагеддон Лайт

Всю мою жизнь я готовился к Армагеддону – финальной битве добра и зла. Тренировал отряды ангелов, учился молнией поражать рогатые мишени, испытывал распылители серебра, мастерил бомбы со святой водой. Имелась ИДЕЯ, понимаешь? Сейчас от неё остался полный ноль. Такого просто не должно быть.

Он поднялся, хрустнув крыльями.

– Пошли на квартиру, – мрачно буркнул Аваддон. – Там обсудим, что делать.

– Было бы неплохо, – согласился Агарес. – А заодно, будь любезен, расскажи мне по дороге про чтицу. Кто именно её «заказал» и по какой конкретной причине.

Но сначала зайдём в раздевалку – у меня всё тело зудит, скорее бы сорвать это ангельское тряпьё.

– Да без проблем. Я тоже буду рад, если изложишь причину своей командировки, с небывалым количеством подробностей. И ещё – вам же выдают в этом случае командировочное удостоверение с отпечатком копыта Дьявола? Любопытно взглянуть.

– Обойдёшься.

…Они вышли из здания… и остолбенели. Прямо на мостовой, остановив паромобильное движение, застыла рота французских жандармов.

Солдаты подняли оружие, целясь в ангела с демоном. Они никак не отреагировали на их появление – словно зомби. И тут, откуда-то слева, выскользнул человек. Неприметный, среднего роста, одетый в форму наполеоновского офицера. Лицо по самые глаза завязано чёрным платком, как у уличного грабителя. Внимательно осмотрев Агареса и Аваддона, жандарм остановился. Демону показалось, взгляд командира попросту источал пламя, словно горящие угли.

– Взять их! – коротко приказал незнакомец.

Глава 4

Трансформация

(Улица Византийская, Москва, 12 сентября 1812 г.)

…Французы двинулись вперёд. Солдаты шли молча, единым строем. Их глаза были пусты, они подчинялись своему начальнику без малейших сомнений. Окружив ангела и демона, жандармы приставили к головам задержанных стволы автоматов. Прохожие остановились, со всех сторон дружно засверкали вспышки камер мобильных телефонов.

Аваддон усмехнулся. Он элегантно взялся за тёмные очки.

– Ты знаешь, что делать… – спокойно сказал ангел Агаресу и смял стёкла в кулаке.

УЛИЦУ СОТРЯС ЖУТКИЙ ВОЙ.

Кричали жандармы. Каждый смотрел в глаза ангела бездны и видел там НЕЧТО. Самое страшное – ужасы из глубин детства, чёрные воды ночного моря и всплывающих в темноте медуз. Чудовищ, прячущихся под кроватью, светящиеся зрачки волков в лесу, мрак и кошмар сплошной слепоты. Французы роняли оружие, падая на колени, рвали на себе воротники мундиров.