Айфонгелие

Я развалился на облаке и не спеша обдумывал – у кого какой хоботок, крылышки, кто какие болезни разносит. А чего, времени-то вагон. Когда дело дошло до млекопитающих, фантазия немного истощилась. Скажем, тигров сочинил всего девять разновидностей. Вот просто не смог больше. Помнится, сижу и мучительно размышляю: ну усы, лапы, хвост, полосы, – а дальше что? Хоботок не приделаешь.

– Руку даю на отсечение, тигр с хоботком был бы забавен.

– Тебе волю дай – и слоны бы на крыльях летали. У меня всё строго.

– А почему слоны не летают? Это же так романтично.

– Кто сказал? Они летают. Ночью, пока ты не видишь.

– Правда?!

– Нет. Я прикалываюсь.

– (Разочарованно.) Шутник. Так, значит, ты создал Землю со скуки?

– Это неизбежно, если тебе веками нечего делать. Признаться, далеко не первый случай. Уже было несколько планет. Марс, например. Я всё там прекрасно организовал – каналы, красный цвет почвы, животных… Ах, какие там были животные! Ты и с марихуаны не вообразишь себе гордого лицехвостого сумадрила или грациозность бегущей на тебя мохнатой логожабы.

Моя постоянная ошибка в том, что вместе с прочими живыми существами я неизбежно каждый раз создаю себе подобных. Чтобы с ними было о чём поговорить за чашей превращённого из воды вина, обсудить ненастье за окном и поделиться грустью. Но нет. Эти паразиты размножаются и начинают гвоздить друг друга со страшной силой. Так произошло и на Марсе. Теперь он мёртв.

– Боже мой…

– Да, это я.

– Нет, я о другом. Интересно, какие мы по счёту?

– Я не помню, если честно.

Восьмые. Может, девятые. Не исключаю, что и больше. Даже любопытно – люди создают фильмы про инопланетян, так мечтают встретить мыслящих созданий, чтобы убедиться – мы не одни во Вселенной. Но им и в голову не приходит задуматься – а почему вокруг одни мёртвые планеты? Вдруг раньше и Марс, и Венера, и Юпитер, и Сатурн были живыми? А потом произошло нечто страшное, и тогда они…

– (Жалобно звенит отставленный в сторону бокал.) Мне не по себе.

Что ты сделаешь?

– Я не знаю. Я создаю планеты, населяю их, а потом они уничтожают себя сами или мне приходится выжигать их начисто. С вами я давно оставил эту затею. Вы неубиваемы. У вас очень упорные отдельные нации. Например, японцы. Как известно, с ними и двумя атомными бомбами не справились. Русские не хуже.

– (Вернувшись к бокалу.) Русские разве упорные? Скорее, упоротые. Нам всё лень.

– Этим вы и круче. Существуете на Земле тысячу лет.