Череп Субботы

 – Сутки назад на мобильник отца Иакинфа поступил один звонок. Покопались, обнаружили запись. Благоволите-с послушать?

Муравьев, отодвинув стакан, кивнул. Кропоткин нажал кнопку диктофона: раздался царапающий шорох, как при включении виниловой пластинки.

– Иакинф, – разбил тишину кабинета сочный баритон. – Узнаешь?

– Нет, — настороженно ответил абонент. – А кто это?

– Да ё-моё, это ж я – Толя Мельников. Совсем уже зазнался?

– Храни меня Господь! – взревел веселый бас. – Ну прямо как ангелы божьи благодатью одарили.

Сто лет не виделись, грех-то какой! А сейчас и поста нет, посидели бы за наливочкой – брат Климент делает: опрокинешь рюмочку, аж в членах всех волшебное порхание. Заезжай-ка завтра?

– Прости, батюшка, – погрустнел баритон. – Проблемы совсем загрызли, аки бесы адские. Звоню не просто так. Дело у меня к тебе… важное-важное.

– Как обычно, – взаимно погрустнел бас. – Придется самому наливочку дегустировать. Что требуется? Не стесняйся. Чем могу, тем и помогу.

– Да вот, — замялся баритон, искрясь неуверенностью. – Надо, чтобы ты могилу Пушкина одному человечку показал. Поклонник большой, души не чает в стихах… Уж и не знаю почему, но глянуть склеп он хочет после наступления темноты. Смысл в том – вроде как он проведет ночь с великим поэтом. Понимаю, что ночью монастырь закрыт, и дело это сложное…

Обладатель баса поначалу замялся, но быстро принял решение.

– Для тебя, друг мой, – все, что угодно, – сообщил он. – Конечно, я рискую, но… скажи, в какое время будет лучше.

Вообще, у братии отбой в 9 вечера…

– Спасибо, батюшка, — воспрял духом баритон. – Какой ты был, такой остался – душа у тебя широкая. Но хочу предупредить, одна тонкость имеется, довольно-таки серьезная… даже не знаю, как тебе о ней сказать. Мне это ОЧЕНЬ надо. Сделаешь, знай: век тебя не забуду. Послушай…

Запись прервалась, сменившись механическим треском помех.

– Кто знает, что там произошло, – манерно пожал плечами Кропоткин, наполняя комнату звоном колец пирсинга.

 – Но дальше ничего не записалось. Ясно одно – старый друг настоятеля просит принять ночью некоего загадочного гостя. Содержала ли просьба заведомый обман, или абонент сам послужил слепым орудием хитроумного плана, мы узнаем уже сегодня. Номер телефона принадлежит Анатолию Мельникову – профессору медицины: он знал отца Иакинфа еще с гимназии. Они не виделись уже много лет, но часто созванивались, на все праздники.