Тиргартен

Ещё немного. Уф, наконец-то. Я кладу голову рядом с туловищем, достаю из ягдташа холщовую сумку, бережно упаковываю сувенир. Дома ожидают дела. Искупать, залить спиртом, спрятать в безопасное, далёкое от любопытных глаз место, пока я организовываю транспортировку. Мне нужна неделя, не больше. Подобралась великолепная коллекция – жаль, что хвастаться можно только истинным знатокам охоты. Раскрыв напоследок ягдташ, я любуюсь остекленевшим взором мёртвой особи. Какой замечательный экземпляр самки. Мой типаж – примерно двадцать лет, светлые волосы, худенькая… Я всегда выбираю стройных, толстухи ведь далеко не убегут, и тогда теряется весь смысл охоты, ощущение азарта и преследования.

Завязываю горловину мешка, забрасываю сумку за плечи, бодро двигаюсь через лес. Мне больше ничего не нужно. В крови – просто бешеное количество адреналина, хочется кусать губы и орать от восторга. Снова начинается дождь, и я счастлив. Крови на меня попало мало, а ливень и остатки смоет – вид будет нормальный. Мои документы полностью в порядке: полицейские, если я их встречу, ничего не заподозрят. Вновь дрожит земля – первые дни очень сбивало с настроя, но со временем я привык. О боже, кто бы знал, насколько тяжело отследить дичь, поймать, привезти сюда, выпустить на природу… и какой чудовищный риск быть арестованным. Ежеминутно. Ведь случись чего, со мной и церемониться не станут. Но иначе – какой же я охотник? Голова самки в мешке приятно оттягивает руку. На моих губах играет нежная улыбка.

Я выхожу на поляну, где меня ждёт автомобиль.

Достаю из багажника изящную табуреточку. Ставлю на неё левую туфлю. Приподняв за ножки, отодвигаю от себя. Смотрится шикарно. Вот ей-богу.

Окончание охоты всегда восхищает. Лучше лишь предвкушение следующей дичи.

А я уже знаю, кто ею станет. Да. Определены и имя, и адрес. Отличная кандидатура. Требования всегда одни и те же – мускулистая, грациозная, словно газель. Обязательно задаст мне жару, петляя между деревьями.

Только вот жаль – ничего у неё не получится.

Глава 1

Дисней

(Берлин, район Тиргартен, 25 апреля 1945 года)

Шуцман был молоденький, судя по виду, мобилизованный совсем недавно. Тощий, бледный, настоящий доходяга, с трудом удерживающий на плече тяжёлую винтовку: изо рта шёл пар, от промозглого холода его пробирала дрожь. Завидев приближающегося человека в чёрной форме (тот шёл вразвалочку, не торопясь), парень взволновался.