По ту сторону нуля

С какого перепугу? – изумился таксист спустя минуту пути, увидев, что Пресненская перекрыта барьерами и спецтранспортом. – Шишка какая-то или стряслось чего?.. Ба, а скорых сколько! Теракт, видать!

– Я тороплюсь, – заметил, похоже, отвлекая внимание водителя Алекс.

Таксист затормозил и произнес в микрофон рации: «Что там, в районе Москва-сити? Пресненская перекрыта». Не дождавшись ответа, перенаправил свое любопытство к пассажиру: «Ты часом не оттуда? Прикид-то подходящий…»

– А ты что, ДНД? – мгновенно парировал пассажир.

– Что за гусь? – смутился водитель.

– Ментовские волонтеры во времена совка, стукачи, если совсем просто… – разъяснил Алекс, навлекая на себя разбитную приблатненность. После чего с пацанским гонором: – Так ты едешь или как? А то сойду!

– Я что? Согласно дорожной обстановке… – сгладил острые углы таксист, то ли вспомнив о выручке, то ли прогнувшись перед «авторитетом», весьма правдоподобно, без лишней рисовки Алексом разыгранным.

Как Алекс и представлял, путь оказался недолгим.

Развернувшись, таксист домчал его до Большой Ордынки за четверть часа. Пассажир устремил правую ладонь в карточку с данными водителя, другой рукой небрежно протянул таксисту двухтысячную купюру, после чего вывалился из авто, дверь, однако, не прикрыл. Пригнувшись, сказал:

– Ты, надеюсь, поступишь правильно. Бывай, – и громко хлопнул дверью.

Если не считать собянинской плитки, несколько облагородившей окрестности, то Алекс словно вернулся в март девяностого, когда побывал здесь в первый и последний раз.

Ни пристроек, ни косметического ремонта, та же скученность планировки и убогость фасадов позднего совка. Даже будка страж порядка не претерпела изменений – «стакан» из фанеры и плексигласа, где и троим не притулиться. При этом вахта именно из троих – двое полицейских и гражданский, разместившийся на единственном стуле. Судя по семитской внешности и характерной курточке – штатный охранник-израильтянин, должно быть, супервайзер поста.

Поравнявшись с распахнутым окошком, Алекс поздоровался. Реакция нулевая: дозор травит байки, а израильтянин сосредоточенно наводит на ногтях марафет. Алекс аккуратно постучал по плексигласу и приблизился к окошку. Тут один из дозорных, наконец, фиксирует визитера, но только поворотом головы. Алекс вновь приветствует вахту, на этот раз поднятой рукой. После чего сигнализирует полицейскому жестами: этого с пилочкой позови.