Запретная любовь

Однако было невозможно полностью заглушить лёгкое сердцебиение, он не мог решить, как заставить Нихаль и Бюлента принять эти доводы. Он хотел, чтобы причины, которые оправдали его перед собственной совестью, заставили детей простить его.

Вдруг он отвёл взгляд от холмов. Лодка приближалась к Календеру. Он подумал, что может встретить их, встретить Бихтер. Немного повернув руль, он подошёл поближе. Вдали он заметил белую лодку, ещё раз повернул руль и провёл ещё одну пограничную линию. Две лодки оказались на таком расстоянии, чтобы не столкнуться.

Аднан Бей сказал про себя: «Через десять минут они узнают». Он был уверен, что Бихтер согласится. Он ясно прочёл это в глазах молодой девушки, даже заметил в её взгляде что-то похожее на жалобу из-за задержки с предложением.

Он будто напевал про себя: «Да, через десять минут…» Вдруг он вспомнил о Нихаль и Бюленте. Дома у него тоже были дела. Сегодня он хотел подготовить детей, спешил заставить умолкнуть сердцебиение, которое мешало полноте его блаженства.

Сердцебиение участилось, когда лодка из красного дерева рассекала воду и быстро двигалась, будто у неё не было других дел. Он пока не нашёл лёгкого пути, не смог выбрать ни один из придуманных способов. Он думал о Шакире Ханым (женщине, которая была невольницей его жены, а после рождения Нихаль стала служанкой и жила в доме как член семьи) но иногда говорил: «Нет, лучше использовать как посредника гувернантку». Когда лодка подошла к пирсу и к ней подбежал маленький темнокожий Бешир, поджидавший у ворот, Аднан Бей спросил:

– Дети не приехали?

Он почувствовал облегчение, когда понял, что не приехали.

Сейчас ему хотелось и увидеть их, и отложить этот момент. Он отправил детей с гувернанткой в Бебек Бахчеси, чтобы остаться одному.

Аднан Бей разделся, надел домашние брюки из тонкой саржи и белую сатиновую рубашку, потом поискал чёрный пиджак из шерсти альпака; нервным движением руки он открыл дверцу шкафа с зеркалом, затем посмотрел на вешалку, стоявшую в углу команты.

Он не мог найти пиджак. Тогда Аднан Бей нажал на кнопку звонка и отругал пришедшую Несрин: «Всё в беспорядке! О моих делах не заботятся, вот уже битый час ищу чёрный пиджак.»

Рукав чёрного пиджака свисал с края стула, на который Аднан Бей бросил снятую одежду. Несрин прошла вперёд и вытащила из-под неё пиджак.

«Видите? Вы оставили его на стуле, у Вас нет привычки класть что-то на место…» – сказала она.