Девочка и призрак

 – Тебе здесь не место, – прошептала она. – И я позабочусь, чтобы ты об этом не забыла.

Тут прозвенел звонок, знаменуя начало линейки, и девочки бросились врассыпную, чтобы построиться со своими классами. Сурайя встала чуть дыша, чтобы собрать вещи. В глазах застыли непролитые слёзы. Она быстро прошагала на своё место в шеренге, оставляя позади след из белой пыли.

К счастью, «К» и её подпевалы учились в другом классе. Розик почувствовал, как хозяйка расслабилась, погрузившись в привычную рутину школьного дня: новые учебники, новые учителя, новые знания.

Разум Сурайи был губкой: казалось, ей всё равно, что в него закладывают, до тех пор пока можно попутно впитывать разные интересности.

Прозвенел звонок на перемену. Сурайя, держа пластиковый контейнер, направилась в столовую. Этим утром она в спешке положила в него банан, варёное яйцо, которое мама принесла со свадьбы, и три бахулу[8 - Это маленькие булочки, которым обычно придают форму цветочка, рыбки или ракушки.] из увесистой стеклянной банки с кухонной стойки.

Банан оказался спелей, чем она ожидала, и пришлось чистить его осторожно, чтобы он не разломился. Тем не менее, откусив от него, девочка умудрилась уронить огромный шматок фруктовой мякоти на передник.

За соседним столиком хором захихикали знакомые голоса. Повернувшись, Розик увидел, что «К» и свора её девиц смотрят на Сурайю и смеются. Дух отвернулся, снова чувствуя гнев. От него не укрылось, что Сурайя изо всех сил старается не расплакаться, яростно промокая пятно салфеткой.

– Съешь бахулу, – предложил он мягко.

 – Тебе станет легче. – Она едва заметно мотнула головой. – Сурайя. Ешь.

На этот раз она подчинилась, хотя и негромко вздохнув. Маленькие бисквиты в форме ракушек всегда были её любимым десертом. Однако теперь Сурайя лишь вертела их в руках, надкусывая по краям. Между тем Розик заметил, как она украдкой посмотрела на стол «К» и её взгляд скользнул по принадлежащей заводиле ослепительной бирюзовой коробке для обеда, украшенной наклейками последней сенсации в мире корейских мальчиковых поп-групп.

Когда «К» открыла её, вдобавок оказалось, что каждое блюдо лежит в своём отделении: горка жареной лапши, над которой всё ещё поднимался лёгкий пар; кусок жёлтого пирога на сливках; горсть печенья с кусочками шоколада; нарезанный апельсин, спелый и сочный, словно с картинки.

– О, взгляните! – Лицу «К» каким-то образом удалось принять и приятно удивлённое, и невыносимо самодовольное выражение. – Моя мама такая предусмотрительная.