Стражи Армады. Охота на зверя

Задел одну, но рванула она отчего-то, когда я уже отошел на приличное расстояние. Было холодно, страшно. В голове гудело, из распоротого осколком мины лба, заливая глаза, сочилась кровь.

Представляю, как удивились бойцы на блокпосту, когда с противоположной стороны колючки, с территории Зоны, кто-то начал долбиться и требовать отпереть ворота. Наверняка всем личным составом кирпичей наложили. Ещё бы! На таких мини-заставах в основном служат контрактники, которые в Зоне не были ни разу. Им, естественно, рассказали, что внутри периметра Рубежа – смерть, мрак, злобные твари с когтями, клыками и налитыми злобой глазами.

Но никак не матюгами.

С полчаса стучал я в ворота, пока вояки в панике носились туда-сюда, смотрели через камеры видеонаблюдения на окровавленного человека в мокрой, грязной одежде, звонили в штаб, консультировались с дежурным.

Через тридцать минут ворота распахнулись, на залитую бетоном площадку перед блокпостом высыпал взвод автоматчиков. Меня схватили за шкварник, затащили внутрь, принялись водить поверх одежды счётчиком Гейгера и аномалометром.

Стандартная процедура. Вот только глаза у всех были круглые, как у какающей собачки из анекдота.

Позже выяснилось, что дежурным в штабе оказался мой давний приятель Мишка Верещагин. Он тут же скомандовал впустить меня на территорию, сам примчался на служебном «УАЗе» и отвёз в госпиталь.

– Что там произошло? – спрашивал Верещагин, пока машина сайгачила по колдобинам в сторону автострады.

Я что-то бурчал в ответ, а потом отключился.

Измождённый, хапнувший дозу облучения. Надо отдать должное специалистам из госпиталя Надеждинска – откачали, подняли на ноги.

Двое суток в бреду. Я метался на кровати, выдёргивал из вены катетер капельницы, что-то кричал про «Камень», «язвенников», аномальные завихрения, профессора Шилова.

– В таком состоянии даже на иностранных языках порой начинают разговаривать, – улыбалась медсестра.

Только оказался в вертикальном положении – пнули к начальнику особого отдела. Майор Сапунов ждал объяснений.

Оно и понятно – отряд военсталов на броневике в компании ценного ученого отбывает на важное задание, а обратно возвращается лишь раненый, ободранный, как дворовый кот, капитан Журавлёв.

Сапунов встретил у ворот комендатуры, куда меня подвёз Верещагин.

– Оклемался? – без лишних церемоний спросил он и тут же, не дожидаясь ответа, продолжил: – Ну, тогда слушай. Отчитываться будешь не мне. Из Москвы прибыл специалист, курировавший ваш рейд.