Горец-защитник

Хорошо, что у него есть еще одна тайная причина, по которой ему так не терпится взяться за дело, подумал Саймон, забираясь в постель. В глубине души он очень хотел доказать невиновность Илзбет Мюррей Армстронг, хуже всего, что его нетерпение объяснялось не только обычной жаждой справедливости, но и тем, что ему понравилась эта милая девушка с ее ярко-синими глазами и нежным голосом, от которого по коже шли мурашки каждый раз, стоило ей только что-то произнести. Саймон чертыхнулся. Илзбет решительно представляла собой опасность, и не только потому, что оказалась замешанной в интригах, измене и убийстве.

Глава 4

Сэр Уолтер Хэпберн был одним из тех мужчин, которых большинство женщин находили крайне привлекательными. С блестящими белокурыми волосами, обольстительной улыбкой, обнажающей превосходные зубы, отлично сложенный, облаченный в великолепный костюм, сшитый по последнему слову придворной моды, Саймон гадал, почему все это так его раздражает. Если Илзбет говорила правду, было безрассудной смелостью со стороны этого человека появиться при дворе сразу после убийства королевского кузена и предъявления ложных обвинений Армстронгам.

Должно быть, бросился сюда сразу после побега невесты! А зря. Ему было бы разумнее остаться дома, пока не окрепнут подозрения в адрес его недругов…

Саймона чуть не передернуло от отвращения, когда он увидел, как этот человек изображает ошеломленного, сбитого с толку и уязвленного в самое сердце жениха, обманутого невестой.

Все это было игрой, в чем Саймон не сомневался. К сожалению, эта его уверенность никак не означала, что сэр Уолтер действительно виновен в убийстве королевского посланника. Просто этот мужчина умел добиваться симпатий придворных.

И еще кое в чем был уверен Саймон: сэр Уолтер Хэпберн считал, что стоит гораздо выше, чем любой из Армстронгов. Отвращение к их клану подразумевалось в каждом сказанном им слове. Но, кроме этого, понаблюдав за ним дня два, ничего подозрительного Саймон в нем не заметил.

В самом деле, если Хэпберн так уж презирал Армстронгов, зачем обручился с одной из их дочерей? Объяснение Илзбет приобретало смысл; но Саймон еще не был готов принять это как факт.

Обнаружилась и еще одна странность. Чем больше думал он об этом деле, – а для себя Саймон уже решил, что хочет поскорей узнать правду, дабы избавиться от наваждения в лице Илзбет, – тем больше загадок возникало на его пути.