Горец-защитник

Отчасти она была шокирована тем, что позволила столь откровенные ласки мужчине, который не был ей мужем или даже женихом. Но страсть уничтожила всякий стыд. Она перебирала в пальцах его густые волосы и прижимала его к себе, поощряя продолжать, наслаждаясь тем, как умело действуют его руки и губы, творя чудеса с ее кожей.

Робкий голос в душе Саймона шепнул, что он зашел слишком далеко, но вид груди Илзбет, напряженной, ждущей ласки, быстро заставил его замолчать. Он накрыл ладонью одну грудь и стал ласкать губами другую.

У Илзбет вырвался тихий стон, тело выгнулось дугой, и этого было достаточно, чтобы Саймон забыл о всякой осторожности.

– Мама?

Услышав детский голосок, Саймон застыл, словно тело его свела болезненная судорога. В комнату вошла Элен. Медленно приходя в чувство, Саймон уставился на распростертую под ним Илзбет. Ее грудь была обнажена, напряженные соски влажно блестели. Его рука была у нее под юбками. Он был совсем близок к тому, чтобы овладеть ею прямо в гостиной! Саймон поймал взгляд Илзбет, в котором, несмотря на густой румянец смущения, светились тепло и ласка.

Этот взгляд сказал ему, что она бы позволила ему все.

Закрыв Илзбет своим телом, он выпустил ее из объятий, и она быстро поправила лиф платья. Как только ей удалось привести себя в порядок, Саймон поднялся и повернулся к Элен. К счастью, девочка была слишком мала, чтобы понимать, что здесь произошло.

– Вам лучше заняться ребенком, – сказал Саймон Илзбет и направился к двери, будучи совершенно уверен, что ведет себя как трус.

Наверное, и Илзбет посчитала его трусом, размышлял Саймон, сидя в кабинете за бокалом вина. Первый бокал он осушил залпом и налил еще, после чего без сил рухнул в кресло. Трус! Саймон поморщился. Это слово вполне ему подходило, и он чувствовал себя униженным. Илзбет была всего-навсего юной женщиной, а он бежал от нее, точно она превратилась в демона, готового похитить его душу. Нет, возразил Саймон, он бежал не от нее, а от чувств, которые она в нем будила.

Ему следует отправиться в таверну и растратить себя на какую-нибудь продажную женщину.

Тогда, может быть, образ Илзбет перестанет его преследовать. Ему было трудно противостоять соблазну, ведь он не был с женщиной уже несколько месяцев. Его воздержание длилось слишком долго, вот почему он проявил слабость, потерял над собой контроль. А безумная ночь в объятиях искушенной шлюхи – именно то, что ему надо.

Стоило этой мысли появиться в голове, как Саймон понял, что никуда не пойдет.