Любовный компромисс

– Эмили… – прошептал Клауд. Она была такая чистенькая, милая и желанная.

– Что-то не так? – Голос Эмили звучал хрипло, хотя она понимала, что никакой вины за ней нет.

– Не так? – Клауд рассмеялся невеселым смехом. Эмили смотрела на него во все глаза. – Это слишком мягко сказано.

– Клауд…

– Пожалуйста, помолчи. Пока помолчи.

Прежде чем Эмили еще раз успела спросить его, что случилось, Клауд схватил ее в охапку, швырнул на кровать и, с силой войдя в нее, принялся молча и исступленно удовлетворять свою страсть.

Эмили отвечала ему не менее пылко, однако, придя в себя и продолжая сжимать в своих объятиях трепещущее тело Клауда, она внезапно почувствовала, что ей больно и обидно. Вроде бы все было как всегда: такой же яростный взрыв страсти, такое же сладостное ее утоление, и в то же время Эмили понимала, что ее просто использовали, бесцеремонно и грубо. Клауд не только не сказал ей ни единого нежного слова, но ласкал ее с таким расчетом, чтобы побыстрее возбудить и побыстрее самому удовлетворить свое желание. Еще никогда Эмили не чувствовала себя настолько униженной. Что ж, сделка есть сделка… И все равно она не могла с этим смириться.

Клауд вздохнул, однако так и не поднял головы с груди Эмили. Ему не хотелось смотреть ей в глаза – ведь он прекрасно понимал, что она сейчас испытывает.

– Прости меня, Эм, ты заслуживаешь лучшего. Я тебя просто использовал.

– Почему ты это сделал? – шепотом спросила Эмили, надеясь, что причина окажется достаточно уважительной и ей будет не так обидно за себя.

– Не знаю. У майора я услышал одну неприятную новость и понял, что просто должен вернуться сюда. А потом, когда я увидел твою соблазнительную розовую попку, удалявшуюся в направлении спальни, то понял, что мне нужно, чтобы пережить это ужасное известие.

– Так что же рассказал тебе майор?

– Ты знаешь, почему мы с Джеймсом уехали из форта?

– Да. Один офицер собирался совершить там какую-то глупость, о которой вы его предупреждали, и из-за этого мог погибнуть и он сам, и его солдаты.

 – Она еще крепче обняла Клауда. – Значит, он все-таки сделал это?

– Да.

Клауд почувствовал, как ярость, которую ему едва удалось обуздать, вспыхивает с новой силой.

– Он со всем своим отрядом напал на индейцев. Вернулись трое… Только трое, Эм! И что самое обидное, одним из троих был этот подонок. Меня так и подмывало вернуться в форт и убить его… Убить, как он убил этих несчастных, поведя их на верную смерть.