Непокорное сердце

Очевидно, поджидают остальных, подумала Ида и осторожно приподнялась, чтобы внимательнее рассмотреть иноземцев.

Воинские доспехи норманнов впечатляли: кольчуги, железные шлемы, на лицах – железные полосы, закрывавшие нос. Их было четверо, и выглядели все весьма внушительно – могучие, вооруженные мечами гиганты на сильных лошадях. Если все войско Вильгельма состоит из таких воинов, то Гарольду придется несладко.

– Куда подевались их женщины? – недовольно пробурчал Танкред.

– Мы ищем провиант, дружище, – напомнил Дрого, с трудом удерживая почему-то забеспокоившуюся лошадь.

– Не хлебом единым, знаешь ли…

– Вот доживешь до моего возраста, будешь думать только о том, как набить брюхо, – произнес Серл. – От недостатка баб еще никто не умер.

– Значит, я буду первым! – с чувством заявил Танкред. – Желудок мой полон, а вот другая часть тела изголодалась.

– Удивляюсь, как ты еще в седле держишься!

Норманны дружно захохотали, а Ида презрительно скривилась.

Грязные животные! У них только две забавы – убивать мужчин и охотиться за женщинами.

– Что-то твоя лошадь неспокойно себя ведет, – заметил Танкред, когда Дрого уже в который раз пришлось натянуть поводья, чтобы вернуть животное на тропинку.

– Да я и сам не пойму. Одно из двух: либо еще не пришла в себя после дороги, либо где-то неподалеку собака.

Ида замерла и крепче прижала собак к земле, с удивлением обнаружив, что при звуках этого бархатного мелодичного голоса по ее телу словно пробегает теплая волна.

Интересно, как выглядит его обладатель? Когда норманны наконец двинулись дальше, Ида облегченно вздохнула, но радость ее была недолгой: девушка увидела, что всадники свернули с тропинки и двинулись по направлению к хижине старой Эдит.

Несколько мгновений Ида пыталась справиться с охватившими ее опасениями. Естественно, для норманнов Эдит не представляет угрозы, да и вожделение вряд ли вызовет – слишком стара, так что они не причинят ей вред.

Однако Ида была слишком привязана к старухе, чтобы прислушиваться к доводам рассудка, поэтому выскользнула из своего убежища и, шепотом приказав собакам молчать, крадучись двинулась за всадниками. Норманны ехали не торопясь, и она без труда за ними поспевала. Гораздо сложнее оказалось не упускать воинов из виду, оставаясь в то же время незаметной для них.