Пастухи счастья

И меня трясет, меня бесит этот анатомико-сословный фетишизм, все эти ужимки, ухищрения, масскульт, унизительная потребность нравиться, подходить, соответствовать. Канонам, меркам, представлениям, стандартам, неизвестно когда и кем объявленным, жалким и никчемным идолам; укрываться фиговым листком страха и невежества…

Снегирев, Снегирев! ты чего? Тебя куда понесло! Многомыслие как признак слабоумия?..

Простите великодушно! Потери, сумятица, нервы, совсем сбили с толку, спутали-расстроили; помню-помню: логика, хронология.

Да, конечно же, я не зря упомянул Фортуну, ее иезуитские забавы, – полосе неудач предшествовал период необычайного, просто сумасшедшего (вырвалось все-таки! словечко!) везения.

В один прекрасный день жизнь моя, до этого скучная и бесцветная, вдруг зацвела-заплелась, завилась-заиграла. Разлилась половодьем, – как раз тот самый случай, когда пошлость приемлема и органична. Ну да, я влюбился. Чепуха, – скажете? какое отношение? Скажете и ошибетесь, – самое прямое. Потому что именно с этого все и началось.

Но обо всем по порядку.

В этот самый, «прекрасный» (см. выше) день в жизни моей появилась Юля. Знакомство было абсолютно неожиданным – мы просто встретились взглядами на вечеринке, устроенной уже и не вспомню сейчас кем и по какому поводу. Много позже, раздумывая, проходя шаг за шагом весь путь, я пришел к выводу, что мы были обречены на эту встречу, как бывают обречены пересечься траектории движения космических тел, разбросанных друг от друга за сотни световых лет, и, тем не менее, послушно сталкивающихся где-нибудь в обусловленной заранее координате.

Кроме того, во всем происходящем чувствовалась некоторая надрывность, даже драматизм, – у меня сформировалась стойкая уверенность (не тогда, конечно – сейчас), что если бы мы не столкнулись на той вечеринке, то обязательно встретились в другом месте, не в другом – так в третьем; повторяю: мы были обречены на любовь. Кстати говоря, вполне вероятно – так оно и было, и мы сталкивались уже не впервые, но, как это часто бывает, не замечали друг друга в мишуре, постороннем, – судьба умеет прятать свои неудачи. Как бы то ни было, в конце концов, встреча состоялась – неважно как, где, с какой попытки – и теперь уже ничто не могло помешать событиям течь в назначенном русле.

Впрочем, никаких претензий, все было восхитительно. Ритуал знакомства так и вообще прошел выше всяких похвал, просто образец, эталон, по всем канонам альковного искусства.