История на ночь

Как всегда дядя с жадностью изучал всё новое в поисках того, что никто другой увидеть не сможет. И как всегда в этом ему помогали узкие очки без оправы, привычно оставленные на кончике носа, от чего приходилось задирать голову.

– Лёша? Ты? – спросил дядя, словно увидел приведение.

– Да, дядь Вить. Здравствуй.

И на этом мы замолчали. Стояли, разделённые порогом, и не могли подобрать правильных слов. Уже не важно было, писал ли дядя письмо в трезвой памяти, или опять его влёк сюжет. Он не ждал меня. Смирился, что я ушёл навсегда.

А я никак не решался заговорить. О чём? Извиниться как в детстве, когда убегал гулять без разрешения?

– Ну и чего ты стоишь, как не родной? – дядя первым шагнул мне навстречу. Широко улыбнулся неестественно ровной белой челюстью и протянул руку.

А я не придумал ничего лучше, чем броситься к нему с объятиями. Слишком устал от дороги, чтобы сдержать эмоции.

– Прости, – сдавленно прошептал ему на ухо.

– Ну ладно, ладно, чего ты? – он мягко похлопал меня по спине, потом отстранился, чтобы получше рассмотреть.

 – Спортом бы тебе заняться, а то щуплый какой-то. Как девка прям.

Неожиданным замечанием дядя вернул меня в равновесие. Напомнил, кто он такой.

– Да некогда, дядь Вить, весь в работе. Скажи лучше, ты-то как? Как здоровье?

– Здоровье как здоровье. Покажи мне хоть одного старика, которому бы не на что было жаловаться, – усмехнулся дядя и втянул меня в дом.

Внутри всё было точно так же, как я запомнил. Уютная прихожая со старинными напольными часами, в которых мерно покачивался начищенный до блеска серебристый маятник.

На лакированном паркете овальный потёртый коврик, ваза в углу с десятком тростей и зонтов. И, конечно, картины на стенах, куда же без них.

Дядя любил живопись почти так же нежно, как и литературу. В своё время он водил дружбу со многими именитыми художниками, помогал начинающим пробиться наверх, и ничего удивительного, что ему дарили полотна. Большая их часть была выставлена в галерее на втором этаже, а то, что туда не поместилось, рассыпалось по всем уголкам особняка.

– Да ты раздевайся, чего застыл? – суетливо подогнал меня дядя. – Проголодался, наверное? Скоро будет ужин готов. Вещи пока в комнату забрось. А я пойду мясо караулить. Ты надолго приехал?

Последний вопрос он задал уже из гостиной.

Ждал меня дядя или нет, я так и не понял, но одно знал наверняка – наверху есть застеленная постель.

Так и оказалось. Всё в моей комнате было на прежних местах.