Дочь для волка

Тирнан помогла влюбленным бежать, и она принесла этот кусок коры как доказательство, что притязаниям Солмира на Гайю не суждено воплотиться в жизнь.

Рэд хмуро посмотрела на свою предшественницу. Гайя стала почитаемой святой, а Волк – нечистым монстром, и за этим стояла большая, тонкая работа по заполнению пробелов в истории так, как это было нужно жрицам. Пять Королей исчезли на земле, принадлежащей Волку, и значит, это он во всем виноват. Никто точно не знал, для чего ему понадобились Короли, зачем он поймал их и не отпускает.

Может быть, таким образом Волк заполучил больше могущества. Возможно, он просто пошел на поводу у своей натуры – натуры чудовища, стал самим собой вместе с лесом, к которому был привязан, а магия Диколесья со временем исказилась и стала вредоносной. По официальной версии Ордена считалось, что Гайя была убита, пытаясь вызволить Королей из темницы, в которую Волк заточил их, – какой бы эта темница ни была. Но на самом деле не было никакого способа узнать, что там на самом деле произошло. Все, что было известно людям, – Короли покинули их, а Гайя мертва.

Комнату освещали только тусклые огоньки молитвенных свечей. Алых – «алый для агнца». Разобрать буквы на коре при таком освещении было невозможно, но Рэд знала их наизусть.

Первая Дочь – для трона.

Вторая Дочь – для Волка.

А Волки – для Диколесья.

Отблески свечей мерцали на барельефах, украшавших стены. Пять фигур справа, имевшие явно мужские силуэты – Пять Королей. Вальхиор, Бирианд, Малькрозит, Кальрес и Солмир.

Три фигуры на левой стене, более изящные – Вторые Дочери: Кальденора, Сайета, Мерра. В один прекрасный день, когда от нее останутся только кости в лесу, они вырежут здесь и ее барельеф.

Сквозь открытую каменную дверь в Святилище врывался ветерок, трепал черный тонкий занавес за статуей Гайи. Там находилось второе помещение – святая святых.

Рэд была там только один раз – год назад, в ее девятнадцатый день рождения. Она стояла на коленях, а жрицы Ордена молились, чтобы ее Знак проступил как можно быстрее.

Рэд не видела поводов заглядывать сюда потом.

Тем не менее года было мало, чтобы она забыла о подобии белых деревьев вдоль стен – ветвях, срезанных в Диколесье и укрепленных на каменных постаментах. Мертвые ветки, покрытые белой корой, никогда не двигались, но Рэд помнила странное ощущение – ветви словно бы тянулись к ней. Так тянулись к ней колючие кустарники и другие растения, когда она не могла удержать под контролем осколок магии в своей груди.