Татарская деревня. Сборник рассказов № 17

По-мужски круто поворачивая тему разговора, Василий Сергеевич поднимает бровь, спрашивает строго:

– Замуж-то не вышла ишо?

Верочка смеётся, краснеет, расцветая на глазах. Мотает головой озорно, шлёпает себя серёжками по щекам, в шутку показывая виноватую:

– Никто не зовёт!..

– От же ж!.., – старик театрально рубит сухой огромной ладонью воздух, горько ругается строгим шёпотом, – От же ж паразиты какие безглазые!.. Упустят такую раскрасавицу!.. Упустят же!.. Дуралеи такие!..

Делово допрашивая, словно любимую внучку, продолжает строго:

– Жених-то есть?

Верочка ставит кулачки в боки, подчёркивая красивую грудь и отвечает не сразу, словно поддразнивает:

– Есть.

– Ага!, – дед резво придвигается ближе через стол, допытывает, смешно хмуря брови, – Хороший мужик-то?.. Не обижает?..

– Меня «обидишь»!, – смеётся Верочка, – Я сама кого-хошь обижу!..

– Это правильно!.. Это правильно!.., – Василий Сергеевич довольно отходит на шаг, усиленно кумекая в голове, словно уже насчёт свадьбы размышляет, высчитывает, – Это хорошо… Очень хорошо!.

Будто раскладывая по полочкам информацию, дед довольно потирает руки, «угукая» себе под нос. Бороду поглаживает с таким видом, что «мол, дело сделано!»…

– Но ты не спеши, касатка!.., – неожиданно поворачивается, говорит горячо, – Не спеши, милая!.. Это… дело такое!.. Тут… Не надо спешить!.. Посмотри, оглядись. Что за человек, что бы без ошибки какой… Тут спешить не надо!..

Верочку удивляет, как близко дед принимает участие.

– Хорошо, Ва…

– Тут надо хорошенько посмотреть!, – старик вздыхает на полном серьёзе, хмуря брови от навалившейся проблемы, – Работает?, – спрашивает так строго, что Верочка перестаёт улыбаться, отвечает, словно директору:

– Да… Работает… Вроди…

– Ты мне это брось!, – громко перебивает Василий Сергеевич, строго грозит пальцем, на лице ни тени улыбки, передразнивает ядовито, – «Вроди!» Ты напрямую скажи – работает или нет?.

– Работает, – тихо сглатывает Верочка, чуть струсив.

Василий Сергеевич смотрит свысока, сурово. Размышляет, верить или нет дурёхе. На это Верочка тушуется так очевидно, что старик спохватывается:

– Ну, ладно, ладно…, – порывается обнять, но барьер мешает, – Не обижайся!.. Тут дело такое!.. Серьёзное!.. А-то попадётся какой охламон!.. Потом расхлёбывай!.. Такую касатку за какого-нибудь забулдыгу!.. Тут надо с умом!.. Понятно?..