Мусорные хроники

Зафар не пролезал в дверь и единственный вариант, на котором сошлись рогатые, был распилить тушу на кусочки. Но тогда что людям показывать?

– Может голову на балконе оставить? – предложил Шаман.

– Ты серьёзно? – даже в воображении вид отрезанной головы представлялся мне невероятно мерзким. Совсем не то, с чего бы стоило начинать знакомство с подчинёнными. – Прекрати нести чушь и похороните его по-человечески.

– Жабу? По-человечьи? – Шаман неодобрительно закачал головой. – Теперь понимаю, чё вдруг Колян помогать тебе взялся.

Он тоже грязь за людей считает.

– Просто сделай всё так, будто это обычный человек.

Шаман нехотя согласился и ушёл. Но теперь заговорил горбун:

– Ты чаво, и впрямь Зафара забубенил?

– Что ты хочешь от меня услышать? Я устал и у меня болит голова. Ещё немного, и я решу, что у тебя нехватка свинца в организме, вот ты и тупишь.

– Так я ж просто в счастье своё поверить не могу! – расплылся вдруг горбун в кривой, но искренней улыбке.

– В каком смысле? – напрягся я в ожидании очередного прилива восторга по поводу новой выгоды.

– Ты знать не знаешь, как энта жаба народ мучила. Сволота он, а не человек. Вот так вот. Таких только убивать и надо.

– Быстро же ты переобулся.

Горбун посмотрел на свои ноги, пошевелил пальцем в дырке на мысу башмака, и просто ответил:

– Да вродь в чём был, в том и остался. Чаво мне обувку-то менять?

От продолжения разговора меня отвлекли рогатые. Они громко и беспрерывно переругиваясь, пытались вытащить руку Зафара через дверной проём.

Огромная, покрытая толстым слоем грязи вперемешку с потом и кровью, она оставляла позади себя сочный бурый след. Даже двум крепким мужчинам было тяжело с ней справиться, но они всё-таки протиснулись в проём и потащились к окраине. А следом показалась вторая рука и всё повторилось с поразительной точностью.

Мне вдруг резко захотелось уйти подальше, чтобы ничего этого не видеть, но то бы была слабость, недопустимая для человека, только что взявшего власть силой.

В идеале мне бы следовало горланить сейчас приказы, указывать, как правильно надо нести и чтобы меньше следили, но заставить себя не мог, как бы не старался.

С телами Зафара и его людей разбирались ещё несколько часов, пока площадь не приняла более-менее приличный вид. Тогда на неё начали возвращаться торговцы и покупатели. Вот только ни о какой торговле у них и мысли не было. Все как один обсуждали произошедшее и гадали, что же будет дальше.