Победитель

– Что почему?

– Почему жертвы Тедди не могут рассказать свои истории?

– Потому что их рассказы уже не вызовут ожидаемого отклика.

– Чепуха! Непременно вызовут.

– Вы забыли, что минувшим вечером Тедди подвергся нападению?

– Ну и что?

– А то, что теперь он превратился в жертву самосуда.

– Вы не знаете этого наверняка, – говорю я. – Возможно, он снова попробовал свои фокусы, но нарвался совсем на другую женщину.

– И она измолотила его до состояния кровавого месива?

– Если не она, то ее родственники.

– Бросьте.

– Что?

– Мы проиграли. Война будет продолжаться, но это сражение мы проиграли. Нам требовались симпатии публики. А теперь наш монстр находится в коме. Кто-нибудь напишет в Twitter, что его избили жертвы. Мать Тедди скажет, что эти презренные женщины оклеветали ее милого малыша, превратив его в мишень. Дело, Вин, не только в фактах. Мы должны склонить общественное мнение на свою сторону.

Я думаю над ее словами, затем без особого, как мне кажется, энтузиазма говорю:

– Мне жаль.

Поясняю: я ничуть не сожалею о том, как обошелся с Тедди. Мне жаль, что я не потерпел до упомянутой пресс-конференции. Сейди оптимистично смотрит на вещи. Я, как ни печально, нет. Закон никогда бы не прищучил Тедди. У него возникли бы неприятности, возможно, он потерял бы работу и за все это стал бы мстить самым чудовищным образом. Он бы поливал грязью Шэрин и остальных женщин; он бы все поставил с ног на голову, объявив жертвой домогательств себя, и очень многие поверили бы ему.

Я верю в Сейди Фишер. Когда-нибудь ее усилия дадут результаты. Но не сегодня.

Часы показывают половину девятого. Через полчаса у меня свидание, которое без особых проблем можно отменить.

– Не желаете ли чего-нибудь выпить? – спрашиваю я Сейди.

– Вы серьезно?

– Неплохой способ утешиться.

Сейди качает головой:

– Вин, я знаю, что вы стараетесь проявить доброту.

– Но?

– Но вы кое-что упускаете из виду.

– Разве коллегам возбраняется посидеть за выпивкой?

– Не сегодня, Вин. Сегодня мне нужно поехать в больницу и рассказать Шэрин о случившемся.

– Возможно, новость ее обрадует, – говорю я. – Тедди уже не причинит ей вреда. Сознание этого должно ее успокоить.

Сейди открывает рот, готовясь мне ответить, но тут же закрывает. Вижу, она разочарована во мне. Похлопав меня по плечу, она идет к двери.