Искушение для Кати

Я чётко осознала, что с этого момента, обнимать блондина, как раньше, уже не смогу… Выросли мы и повзрослели…, – Чеши на кухню, –  резко выдохнув, бросил мне Егор, и скрылся в душе.

Я не раз бывала у него дома, поэтому без стеснения прошествовала в нужном направлении и, вымыв руки, приступила к приготовлению завтрака. Родители Малиновского на всё лето улетали в Сочи, там у семьи имелся собственный дом. Егор каждый год упорно отказывался ехать с ними. Интересно, почему. Наверное, из-за нас с Глебом.

Омлет аппетитно жарился на сковороде, кофе варился в турке, я резала овощи, когда хозяин квартиры вошёл в кухню.

Шорты, майка и влажные, после душа волосы.

– Сыр добавила? – заглядывая мне через плечо, контролировал процесс мужчина. Как же приятно от него сейчас пахло гелем или шампунем.

– Так точно, – отрапортовала улыбаясь, – Я прощена? – повернула голову, моё лицо оказалось слишком близко к его. Голубые глаза неотрывно смотрели в мои.

– Я подумаю, – серьёзно сообщил он и, стащив огурец, плюхнулся на угловой диван, – Что делали с Антоном, где были?

–Покатались немного, потом он меня домой вернул, – безразлично пожала плечами, – А вы как провели вечер?

– Шикарно, – скривился Егор, – Сначала вызванивали вас, потом поехали искать.

Лизон закатила истерику Глебычу, по поводу того, что он бросил ее и побежал за тобой. Далее сидели у твоего подъезда и ждали, когда домой вернешься, – без стеснения выдал мужчина.

Я пораженно уставилась на него. Они искали меня? Сидели у подъезда? Глеб с Подлизой поругался? Аа-а-а, не день, а праздник какой-то!

– Так вы видели, как мы вернулись? Чего не подошли? – нахмурилась, стараясь подавить дурацкую улыбку.

– Зачем? Вам и без нас было очень весело, – недовольно проговорил Егор, – Мы убедились, что с тобой всё в порядке и поехали по домам.

– Блин, – заволновалась я, – Как перед Глебом неудобно получилось… Он сильно со своей поругался?

– Да брось, – отмахнулся блондин, – Думаю, уже помирились. Поехал к ней, за волосы, и в койку.

Она и простила всё…

– Ясно, – бросила раздражённо, и отвернулась. Яркие картинки того, как брюнет сношается с липучкой, вспыхнули в голове сами собой. Фу… не думать об этом… Пока я отвлеклась на сервировку стола, Малиновский, позвонил нашему другу.

– Глебыч, – бодро вещал Егор, – Пришла наша Катерина. Сожалеет о содеянном, раскаялась. Завтрак готовит, покладистая такая,  милая, и обещает не повторять своих ошибок, – на ответ друга он заржал, – Обязательно.