Что таится за завесой

Он двинулся ко мне, и на его лице не отразилось ни просьбы простить его, ни заботы обо мне. Лорис крепко ухватил меня за локоть и потащил к особняку.

Я попыталась вырваться.

– Я и сама могу дойти! – рявкнула я, глядя на него.

Но он не обратил на эти слова никакого внимания и продолжил тащить меня с той же силой.

– Надеюсь, это послужит вам уроком, Эстрелла, чтобы вы не забывали: главный здесь – я. Что бы ни происходило в Мистфеле, это происходит только с моего позволения. Потому что эта деревня и все ее жители принадлежат мне, – сказал лорд Байрон, шагая за Лорисом и мной.

Фраза казалась незаконченной, слова повисли в воздухе, и я обернулась, чтобы посмотреть на своего мучителя. Он поправил плащ, перекинув через плечо бархатную полу насыщенного красного цвета, и встретился со мной взглядом:

– И ты тоже принадлежишь мне.

Светлый камень усадьбы Мистфел сиял в лунном свете, пока Лорис вел меня по тропе. Наконец мы подошли к входу для слуг, располагавшемуся в боковой стене усадьбы.

Это был тот самый вход, которым я пользовалась каждый раз, когда лорд Байрон просил меня прийти в библиотеку и я пробиралась в дом тайком, чтобы не привлечь внимания ни одного из шпионов Верховного жреца. Ночные бабочки входили через парадную дверь, нисколько не скрываясь. А мне приходилось красться через боковую, будто я представляла собой грязную тайну, которую требовалось прятать ото всех.

Один из стражей усадьбы поспешил открыть нам дверь.

Лорис затащил меня внутрь и быстро повел по залам до самой библиотеки. Он взялся за позолоченную ручку одной из огромных дверей и толкнул ее, чтобы войти.

Как только мы перешагнули через порог и ступили на полированный камень с золотыми прожилками, Лорис резко отпустил мой локоть, склонив голову как можно ниже, и я, от неожиданности споткнувшись, едва удержалась на ногах. Подняв руку, я потерла локоть – по коже расползался синяк. Краем глаза Лорис наблюдал за мной, и лицо его на мгновение скривилось, когда он заметил, как легко меня ранить физически.

Но гораздо сильнее меня ранило его предательство, хотя я и так знала, как он поступит, если ему придется выбирать между привязанностью ко мне и долгом перед Мистфелом. Я пыталась убедить себя, будто мне все равно, но это было ложью. Боль от предательства перехватила горло; сглотнув, я оторвала взгляд от лица Лориса и оглядела комнату, которую слишком хорошо знала.