Дикарь. Часть 10. Корпоративная этика

Однако, то, чего он сумел добиться, позволило старому офицеру достигнуть уровня, который в конце концов дал ему толчок на карьерном поприще. Он стал генералом, когда выходил в отставку. Благодаря этому, старый офицер смог наконец-то пожить в своё удовольствие. Но тут, как всегда, практически мгновенно проснулась алчность и жадность до чужого добра со стороны его собственных родственников. Которые надеялись, что генерал в отставке сумеет помочь им продвинуться там, где они не смогли сами достичь никаких результатов.

Всё-таки понятно же, что толчок со стороны генерала Службы Безопасности Федерации всегда будет полезен для таких разумных. Особенно тогда, когда никто из руководящего состава какой-нибудь корпорации не станет ссориться с подобным разумным. Это может быть гораздо дороже, чем просто выслушать его просьбу, и выполнить её. При этом не стоило забывать и о том, что возможны и другие, более многочисленные проблемы, которые этот старик мог бы доставить разумным, которые к нему не прислушиваются. Вот только беда заключалась в том, что этот старый офицер, даже на пенсии, оставался принципиальным служакой. Он считал, что если ты сам не смог дослужиться до нужного тебе уровня карьеры, то значит ты сам не достоин этого места! Естественно, что подобное отношение старика к происходящему нервировало всю его родню. Однако, они считали, что в покое оставлять его просто нельзя. Возможно когда-нибудь он сам будет вынужден согласиться с их требованиями? Хотя бы в качестве желания остаться наедине со своими мыслями?

Именно поэтому старику приходилось постоянно менять место своего жительства.

Чтобы хотя бы так заставить понервничать родню, которая потом вынуждена оббивать пороги различных инстанций, чтобы обнаружить его, и снова попытаться воздействовать на старого офицера. Сейчас он в очередной раз переселился на новую квартиру. Конечно он мог себе это позволить. Пенсия генерала была всё-таки значительной. Именно благодаря отсутствию поблизости его родственников у меня была возможность провернуть свой план до того, как кто-нибудь сможет вмешаться. Ведь понятно же, что как только ему станет плохо, родственники тут же попытаются расспросить его, в надежде на то что он произнесет какие-нибудь важные слова, которые потом позволят им возвыситься там, где они не смогли это сделать без чьей-либо помощи. Служащие самого кафе обратят внимание на происходящее слишком поздно. Когда старик уже скорее всего будет биться на полу в конвульсиях.