Путь в чаши

Миндалевидные глаза без радужки заливала мягко светящаяся бирюза, она пульсировала в такт биению громадного сердца. По рассказам опытных моряков это знак опасности – так взрослые особи готовятся к атаке, высвобождая скрытую в них сырую магию. Но Брэнан знал наверняка – ему бояться нечего. Так и вышло. Беал лишь сморщил широкий нос и рыкнул.

– Извинений мало. Ты вечно строишь такие рожи, а потом делаешь по-своему.

Брэнан бросил грести, подобрался поближе к зверю и ткнул его кулаком в нос.

– Зачем?

Беал зарычал, но не двинулся с места.

– Друзья, знаешь, так не поступают.

Он снова направился к берегу, и леокамп осторожно поплыл рядом, то и дело посматривая на соседа. Подолгу изображать серьезность никогда не получалось.

– Я, пожалуй, прощу тебя, – Брэнан покосился на друга и огляделся. – Цену ты знаешь.

Зверь фыркнул и без промедления скользнул под воду. Миг спустя он вынырнул прямо под человеком, позволив вцепиться себе в гриву. Устроившись поудобнее, Брэнан показал направление.

– Только посмей нырнуть, как в прошлый раз, – предостерег он, нащупав на гибкой шее отверстия жабр. – Я тебе туда по локоть руки запущу.

Беал странно забулькал, что человек с богатым воображением мог бы счесть за смех, покорно склонил голову и двинулся на восток, где скалы уходили вглубь острова, и не приходилось бояться попасть на глаза кому-нибудь из поселян.

Горизонт оставался привычно чистым, и лишь где-то далеко на самом его краю виднелось белое пятнышко паруса.

Но в этой части океана возле северного окоема Змеиного архипелага судоходных путей не существовало. И если какой-то чудак или просто неопытный мореход здесь заплутал, Брэнан ему не завидовал. В северных водах Межевого океана порой можно наткнуться на такие чудеса, которые неготового к ним человека совсем не обрадуют.

Глава 2

Кора перестегнула тяжелую фибулу поудобнее, стараясь не нарушить жесткой драпировки. Золотая игла с трудом проколола накрахмаленные складки и ровно уселась на исколотом плече.

Тонкие царапины саднили. Осовевшим от недосыпа Тобо и Селее руки бы оторвать за такую работу. В следующий раз она не поленится послать за татуировщиком и велит вплести в тавро кнут. Очередная оплошность будет стоить девчонкам дорого – от ожогов ходить не смогут.

Из водяного зеркала у окна в ответ ей хмурилось бледное отражение. Складки около фибулы примялись, несмотря на все попытки их разгладить. Тетка увидит и снова начнет ворчать.