Путь в чаши

– Неужто кто из Веридана точит зуб? Он там, говорят, натворил делов…

– Мы не из Веридана, – улыбнулся золотозубый.

– Откуда ж вы тогда о нем знаете?

– Это наша работа, добрый человек. Хочешь сделать дело хорошо – подготовься.

– Разумно.

– И я так думаю. Ну? Проводишь нас из долины?

– Да уж какие разговоры? Конечно.

Пастух вернулся в дом, посетовал на развороченную скамью и валявшиеся на полу разбитые мисы, схватил драный плащ и вышел наружу. Вожак дал знак своим людям – те подхватили груз и, ведомые Окером, отправились прочь из поселка.

Глава 4

Актион на берегу Кипрена, одного из притоков Тесеры, что берет начало в Хребте Аммугана и несет свои воды через половину Внешнего кольца Йаманарры, славой своей был обязан единственно Твердыням морских адептов. Любой желающий воспользоваться их услугами останавливался тут. Маги слыли затворниками из-за стойкого нежелания общаться с остальным миром кроме редких случаев, граничивших с крайней необходимостью. Были и такие, кто прибывал в торговый порт Астор и, свернув на юг, путешествовал по закатному побережью, пока не упирался в глухие, сотканные из воды стены, и там ожидал аудиенции.

Просителей своим вниманием адепты жаловали нечасто, принуждая и этих гостей искать временного пристанища в Актионе.

Несмотря на свою популярность у приезжих, город вряд ли мог считаться процветающим. Бурый туф и грязно-желтый ракушечник стен, немощеные улицы и мутные речные воды, несущие грязь и нечистоты прямиком в океан – местные строители скупились приобрести материалы более высокого качества у кого-нибудь из соседей.

Народ здесь крикливый и суматошный, а оборванцев и заезжих больше, чем где бы то ни было на Йаманарре. И все они здесь чувствуют себя привольно. Возможно, потому, что династов в Актионе совсем не водится. Поцелованные Драконом избегают подобных мест. Аурумский совет исправно взимает с города налоги, терпеливо выслушивает жалобы здешнего архонта о необходимости увеличения городской стражи и благополучно забывает о несчастных до следующих сроков.

Человек в сером обветшалом хитоне, старательно минуя людные места, свернул на одну из кривых улочек. Он спешил к западным воротам Актиона, откуда полдня пути до реки. Там он сядет на одну из легких быстрых плоскодонок и доберется до Тесеры, а уж оттуда… Он остановился, выход из улочки преградила высокая фигура, укутанная в темный гиматий*. Плащ складками ниспадал до щиколоток, землю попирали ноги в грубых кожаных сандалиях.